Совершенство

И этого хорошего много-много, что в ладонях не удержать.

Нестерова я замечаю издалека, в самом конце пляжа. Он устроился на песке, усевшись на точно такой же как у меня плед, и рисует что-то в неизменной папке с эскизами.

При виде него, дыхание прерывается. Сбивается уверенный шаг. Это не сомнения, а нечто другое, заставляющее путаться мысли и казаться самой себе неестественной, неправильной, несовершенной.

Подхожу ближе, когда, завидев меня, Марк усмехается:

— Соскучилась, милая?

— Вообще-то я хотела сказать, что принесла тебе плед, чтобы ты не замерз, — честно признаюсь я, а губы сами собой расплываются в глупой улыбке.

— Так скажи, — понимающе позволяет Нестеров.

Останавливаюсь в паре шагов и кривлю губы в притворном недовольстве:

— Не стану. Теперь эта причина не подходит.

Он кладет папку на плед и, опираясь на руки, пристально смотрит на меня снизу вверх, предлагает:

— Тогда давай притворимся, что я тебя ждал.

— А ты не ждал? — щурюсь, понимая, что разговор получается дурацкий.

— Скорее, надеялся, что ты придешь. И ты пришла.

Его выразительный взгляд скользит по моему телу, будто прикасаясь. Обводит черты лица, спускается к шее, плечам, груди, опускается к ногам, а потом снова возвращается к лицу, и мы смотрим друг на друга. Глаза в глаза.

— Так сильно меня недооценивал?

— Тебе не угодишь, милая, — пожимает плечами Марк, и приглашающие кивает на плед рядом с собой. — Иди ко мне.

— Женщина должна быть вредная и капризная, — поучительно заявляю я, благосклонно принимая приглашение и занимая место с ним рядом.

Удостоверившись в том, что я рядом, Нестеров переводит взгляд на спокойную морскую воду.

— Сказал, — кивает он. — А потом сменил ориентацию. Так что лично я не стал бы слишком полагаться на его мнение в этом вопросе.

Усмехаюсь, но усмешка получается нервной. Впервые чувствую себя рядом с мужчиной настолько неуверенно и робко. Я привыкла легко подчинять их себе, манипулировать и эксплуатировать, а с ним все не так.

— Покажешь свои рисунки? — прошу я несмело. — Зачем ты все время носишь эту папку с собой?

— Привычка, оставшаяся с детства, когда я мечтал стать художником. А сейчас пригождается в работе.

— Разве тебя не прочили с пеленок в директорское кресло?

Наши ладони на пледе совсем рядом, но не касаются друг друга. При этом я чувствую тепло и аромат его кожи и почти ощутимое напряжение между нами.