Совершенство

Оставшиеся вещи собраны в три спортивных сумки. Но деньги, которые я обещала вернуть Нестерову, с гордостью перевожу на переданные Лаурой реквизиты. Отправляю копию чека на ее номер и на номер Марка и жду, сама не понимая чего.

Внутри царит пустота и усталость, но от мысли о том, что это последняя ночь в квартире, в которой я провела столько лет, спать не хочется. С новым жильем я еще не определилась. Лишь глянула объявления в интернете и подобрала несколько подходящих вариантов. По большому счету, не вижу большой разницы в том, где буду жить — если там нет Нестерова, то мне везде будет плохо.

За эту неделю так соскучилась по нему, что пару раз чуть было не позвонила, одернув себя в последний момент. Даже от мыслей о нем до сих пор учащается дыхание, а от воспоминаний о том коротком времени, что мы провели вместе, хочется расплакаться.

Слишком ранящим получился контраст между ярким, как безоблачное летнее небо, счастьем с ним и глухой тоской без его горячих рук и требовательных губ. Без темно-зеленых глаз с золотыми искорками-смешинками.

Без нежных прикосновений и присущей ему атмосферы спокойствия и уверенности.

— Марк, — одними губами шепчу я в темноту пустой спальни, прекрасно зная, что он не ответит. — Мне так тебя не хватает.

Закрывая глаза, представляю Нестерова рядом с собой. Касаюсь пальцами груди, так нежно, как он касался меня, веду ниже, чувствуя внизу живота сладкое напряжение. Закусываю губу до боли, вспоминая ту ночь на острове. Ласкаю сама себя сквозь гладкую ткань атласных пижамных шорт, чувствуя, как она мгновенно становится влажной.

И все же, эти ощущения слишком далеки от тех, что дарили мне прикосновения Марка, как замороженный полуфабрикат далек от ужина, приготовленного шеф-поваром Мишленовского ресторана.

Уснуть с мыслями о том, что утро вечера мудренее, удается лишь во втором часу ночи. Едва проснувшись, беру в руки телефон, чтобы проверить сообщения, в надежде получить что-то от Марка. Но от него — ничего.

Зато получаю ответ оттуда, откуда не ждала.

С номера, принадлежащего помощнице Нестерова, приходит фото. Всего одно. И пока оно загружается, выглядя черным квадратом, я сонно моргаю, щурясь от яркого света экрана. А потом у меня перехватывает дыхание.

На картинке — Марк и Лаура. Вместе. Обстановка напоминает номер отеля. Позади можно разглядеть постель с брошенной на нее одеждой и небольшой туалетный столик. На девушке, целующей Нестерова в уголок губ, едва-запахнутый белый халат.