Совершенство

Но, если Антон думает, что этот аргумент заставит меня все рассказать, он ошибается:

— А вот об этом задумайся, Тош. Почему Нестеров заставляет тебя делать то, что ты и без того должен был сделать, как мой брат? Почему он напоминает тебе о том, чтобы мне позвонить?

— Я просто был очень занят, цыпленок, извини, — капитулирует он, а голос становится тише.

Сама же я радуюсь тому, что удачно избежала выяснения причин, по которым Марк в ту ночь за меня переживал. Ибо все они вряд ли понравились бы брату. Это тот случай, когда меньше знаешь — крепче спишь.

— Понимаю. Ладно, Тош, мне пора. Вернешься, тогда и поговорим.

— Куда это тебе пора в шестом часу? И вообще, почему ты не спала в такое время? — удивляется он.

Усмехаюсь, глядя на то, как Мак уже деловито обнюхивает дверной коврик, планируя место для будущей лужи:

— Откуда у тебя взялась собака?

— Потом расскажу, — обещаю я и, пожелав брату счастливого пути, отключаюсь.

Надеваю шорты, футболку, кроссовки, и, накинув на запястье широкую петлю собачьего поводка, выбегаю на утопающую в сером рассвете улицу.

Во дворе «полтинника» тихо, но много прямоугольников окон уже светятся желтым, выдавая проснувшихся жильцов. Ночью шел дождь и от травы, в которую Мак тянет меня за собой, кроссовки тут же становятся мокрыми. В глубоких лужах отражаются серые облака. Где-то визгливо пищит потревоженная автомобильная сигнализация.

На сопке у школы мелькает знакомая красная шапка местного онаниста в сером плаще, который бродит там, в тщетной надежде рассмотреть что-то в окнах дома напротив.

К счастью, кошки в этот раз предусмотрительно предпочитают не высовываться и мы с псом, нагулявшись, спокойно возвращаемся домой и завтракаем. Усевшись на подоконнике, ем бутерброд с успевшим заветриться сыром. Запиваю растворимым кофе, слушая, как Мак похрустывает гранулами собачьего корма, грохоча им в блестящей жестяной миске.

За окном занимается серый рассвет. Начинается новый день. Еще один день, на который у меня нет никаких планов. Раньше хоть Лерке можно было написать, а сейчас, когда она снова вышла на работу — понятия не имею, чем заняться. Скроллить ленту соцсетей вскоре надоедает.

Обуваюсь и, взяв Мака с собой, снова выхожу на улицу. Бесцельно бреду вместе с заинтересованно обнюхивающим каждый столб псом по дороге, спускаясь с сопки.