Совершенство

Всё же, теперь я знаю, что Жаров не милый и наивный мальчик, как я считала раньше, а хитрый и расчетливый интриган. А ещё, очень рада тому, что наши отношения так и не дошли до постельных.

Устроившись на заднем сиденье поудобнее, снова открываю в соцсетях профиль Никиты, ища между нами какие-нибудь точки соприкосновения.

Итак, на нескольких фото Сахаров управляет яхтой, значит он это любит или, как минимум, умеет. Пара фото с корпоративных мероприятий «Азиатско-Тизоокеанского Альянса». Три снимка, на которых он играет с кем-то в настольный теннис.

Однако, листая ленту ниже, вижу, что иногда он вместе с Лерой ездит в приют для животных «Четыре лапы», оказывая им спонсорскую и волонтерскую помощь. А ещё, Никита фанат поэзии Сергея Есенина, судя по количеству цитат из его стихов. Это уже интереснее.

Наскоро читаю биографию трагически погибшего в расцвете сил поэта в Википедии. Листаю стихи, в поисках чего-то душещипательного, даже повторяю про себя пару строк, чтобы не забыть.

Жаров и Береза о чем-то спорят, но я не вслушиваюсь. Разглядываю в окно силуэт ресторанно-гостиничного комплекса, возвышающийся над остальными зданиями Эгершельда, который можно было бы считать спальным окраинным районом, но до центра отсюда тоже недалеко.

Комплекс облицован белым камнем, а геометрически четкие линии и орнаменты из стекла и металла создают эффект движения, напоминая старинные дома в стиле арт-деко. У меня здание «Талассы» вызывает ассоциации с огромным кораблем, паруса-узоры которого трепещут на морском ветру.

Егор останавливает Порш напротив входа и отдает ключи парковщику, чтобы отогнал на просторную, предназначенную для автомобилей, площадку.

Еще довольно светло, но сине-золотую ковровую дорожку, освещают яркие софиты, в желтых лучах которых уличный туман клубится, словно магия внутри волшебного шара.

Свет слепит. Некоторые гости, которые приехали раньше нас, всё ещё на дорожке, шутят, смеются, позируют фотографам, пританцовывают в такт музыке, звучащей из колонок. Вокруг царит оживление и радостная атмосфера. Шум, свет и веселье разгоняют туман и сырость, и я улыбаюсь, шагая по дорожке к крыльцу «Талассы».

С одной стороны от меня шествует Жаров, с другой — Береза, негромко рассказывающий, что у моей конкурентки — Ани Зориной резкий подъем популярности.