Совпадение (СИ)

Лелю могут искать те, кто не должны ее найти. Потому ради ее безопасности необходимо, чтоб Вы сообщили мне, если вдруг такое произойдет, — он положил перед ней визитку, на которой был только номер телефона, без имени, фамилии и каких-либо иных опознавательных знаков.

Маргарита Васильевна суетливо спрятала визитку в карман.

— Возможно, эти люди выйдут каким-то образом на Вашего внука и, тогда он прилетит в Москву. Ваш внук в этом случае даже не поймет, что его используют против сестры. Поэтому если Даниил появится в Москве, то Вам необходимо будет немедленно позвонить мне и не сообщать ему об этом.

Маргарита Васильевна, это очень, очень важно! От этого зависит безопасность Лели и Даниила тоже. Вы поняли меня? — он накрыл ее руку своей ладонью и проникновенно посмотрел в глаза.

— Да, я все поняла, — словно под гипнозом пролепетала она.

— Вот и славно. Маргарита Васильевна, если вдруг Вам что-то понадобиться: купить, принести, отвезти в больницу, Вы тоже можете мне звонить. Я с удовольствием решу все Ваши проблемы, — улыбнулся он доброй мальчишеской улыбкой, окончательно расположив Маргариту Васильевну к себе.

— Что Вы, что Вы, не стоит! У Вас полно дел, а я тут ерундой буду Вас нагружать, — смутилась она.

— Ваша внучка занимается настолько важным для нашей страны делом, что я просто обязан сделать так, чтоб ее душа была спокойна за Вас. Поэтому прошу Вас, не стесняйтесь, любые бытовые вопросы, которые Вам в силу возраста тяжело решить, сообщайте мне незамедлительно. А сейчас я вынужден Вас покинуть, мне надо идти.

Служба, сами понимаете, — он развел руками, и направился к входной двери, — А пирожки у Вас обалденные, — сказал он напоследок, закрывая за собой дверь.

Пульсация внизу живота и так приятно разливающееся по телу тепло. Леля застонала, выныривая из сна. Когда взгляд сфокусировался на невесомой органзе, раздувающейся от утреннего ветерка из открытого окна, она поняла, что Макс снова у нее за спиной, а его руки — бесстыдно ласкают ее везде. Леля напряглась и попыталась вырваться из захвата.

— Чш… тихо, девочка. Куда ты? Тебе же хорошо, Леля. Чего ты испугалась? Я же предупредил, что приду утром, — между поцелуями шептал ей Макс.

— Ты меня в бордель, что ли готовишь? Макс, зачем весь этот разврат? — Леля с трудом подбирала слова.

— Звездочка, ты сейчас опять кончишь, и мы подробно поговорим о разврате, — усмехнулся он.

Хватка у Харламова была железной. Это был как раз тот случай, когда говорят что проще отдаться, чем объяснять почему «нет».