Этих слов хватило, чтобы моя нервная система поплыла и подчинилась.
Коснувшись меня между ног Темурез начал массировать вершинку, где все еще проходил легкий пульс, и одновременно я ощутила вторжение в девственное лоно. Он протолкнулся пальцем и начал растягивать тугие стеночки медленными движениями. Стало дискомфортно, когда в меня входили уже два пальца…
– Расслабься, – велел Тем, когда я напряглась и попыталась сдвинуться.
Еще пара движений и получилось привыкнуть. Но затем пальцы сменились чем-то горячим и большим, и прежде чем я успела пикнуть, Темурез поймал мои губы и толкнулся внутрь.
Я вскрикнула и не смогла сделать вдох от тупой боли, занявшей все внизу.
– Ч-ш-ш, – он замер, дождавшись пока дыхание, вернется в мои легкие,
Но это было только начало… Поэтому Тем не стал тянуть мучение – закрыл мне рот ладонью и пронзил новым толчком, только продвинулся гораздо глубже."
"Из горла вырвался крик – от боли я даже шелохнуться не могла! Только рвано дышала, чувствуя, как по вискам стекают слезы.
Темурез продолжал двигаться во мне, собирая капли губами и нашептывая: «Потерпи. Потерпи, Ника. Скоро пройдет». С каждым новым толчком боль действительно утихала, а в какой-то момент он вдруг остановился.
Поднявшись, Тем позволил мне свести ноги и повернуться на бок. Через какое-то время меня укрыло теплым одеялом, а следом сзади продавился матрас. Я уже почти спала, но помню, как он обнял мою талию, прижал к себе и положил ладонь на низ живота, туда, где ныла боль.
Я проснулась, когда за шторами уже начинался рассвет. Резко. Распахнула глаза и чуть дернувшись, поняла, что лежу все в том же положении, и мою талию так же опоясывает непривычная тяжесть.
Поморщившись от ломоты во всем теле, я осторожно повернула голову и задержала взгляд на лице моего первого мужчины. Густые ресницы слегка дрожат, дыхание ровное и глубокое, в каждой черточке полный покой – очень не хотелось нарушить его сон.
Губы сами собой растянулись в задумчивой улыбке, едва в голове закрутились воспоминания о вчерашнем. Я и Тем перешли грани. Саднящая боль между ног до сих пор напоминала о себе, заставляя мысленно вернуться к самым интимным минутам нашей близости и вспыхнуть от смущения. А еще гораздо трезвее взглянуть на то, что произошло этой ночью…
И что теперь, Ника?
Улыбку стерло с губ и с каждой новой секундой чувство досады все больше заполняло грудь.
