Пока мужские руки заботливо стирали влагу с моего тела, взгляд сам собой цеплялся за бугор, неприлично выпирающий из стильных спортивных штанов Темуреза, и жаркие мурашки неловкости рассыпались по коже. Меня дико смущало и будоражило то, что происходило, и грудь часто вздымалась от коротких вдохов.
Закончив этот глубоко интимный процесс, Тем отбросил полотенце и заглянул мне в лицо. Пульс колотился в висках от мощного возбуждения, витающего вокруг нас ощутимым облаком. Он вдруг начал наступать, и когда спина столкнулась с прохладной стеной, волнительная дрожь разошлась по моему телу.
В голове яркими красками заиграли порочные мысли, поэтому я и не разгадала коварные искорки, что отражал черный янтарь. Закрыла свои глаза и приоткрыла губы навстречу поцелую, которого не последовало…
– Спокойной ночи, – прошептал мужской баритон, где-то сверху, а затем я ощутила целомудренное прикосновение к виску.
После Темурез отстранился и покинул ванную, а я еще некоторое время в замешательстве стояла у стены.
Внизу живота ныло неудовлетворенное желание, требующее ласки и оно еще долго преследовало меня горячим импульсом даже во сне...
Следующий день прошел нервно. Где бы я не находилась – в доме или в стенах универа, непременно ожидала за каждым углом встречи с Темом. Однако до самого вечера встречи так и не произошло, но я все равно не отходила от Ланы, и не только потому что начинала всерьез беспокоиться за ее душевное состояние.
Я невольно пыталась поймать во взгляде коричневых глаз хоть один намек на то, что она подозревает нас… Ну и наверное еще была уверена, что рядом с сестрой, Тем не станет выкидывать никаких провокаций.
Наивная…
Желая поднять настроение подруге, вечером я устроила для нее небольшой сюрприз. В зале на журнальном столике расставила закуски и бокалы, приготовила бутылку вина, и включила на большой плазме самую качественную комедию.
Лана вяло восприняла мою идею, но хоть не отказалась.
Мы уселись на большом диване, и я была рада отметить, что пара глотков благородного напитка помогли подруге расслабиться. Периодически на ее губах играла улыбка, а взгляд оживал, и для меня это служило маленьким утешением.
Темурез вернулся домой, когда фильм уже перевалил за середину. Стоило услышать его шаги в зале, как волнение тут же опутало меня по рукам и ногам, и все рецепторы разом обострились.
