За исключением единственного раза, когда брат подруги вышел со мной на прямой контакт, в остальном я так и оставалась невидимкой в янтарно-черных глазах. Темурез редко находил повод для слов и, хотя ни разу открыто не оскорбил меня, его взгляды, будто сквозь, и некоторые жесты… говорили сами за себя.
Роли были распределены – я не заблуждалась насчет своего положения в доме, и это в какой-то степени помогало мне ориентироваться в повседневности. Я старалась приносить пользу, как только могла, соблюдая чистоту, когда домработница не успевала или организуя еду на столе.
Каждое утро настырно вставала раньше, чтобы успеть к пробуждению остальных, напечь панкейков или пожарить омлет.
Впрочем, как бы я не старалась, мой пыл подутих, когда я поняла, что хозяину дома крайне тяжело угодить. Тем равнодушно смотрел в тарелку, которую я ставила для него, затем молча отодвигал ее и пил свой любимый горький кофе.
Я сохраняла невозмутимость. Все-таки мои старания не имели какой-то определенной цели, и я не ждала благодарностей.
Просто тяжеловато чувствовать себя абсолютно бесполезной в чужом доме.
Я нашла выход - начала ставить общее блюдо с завтраком на середину стола. Кому надо тот возьмет. Но пока брат подруги по-прежнему не ел мою стряпню или в редких случаях, когда в его утренний рацион входил не только кофе, он сам разогревал себе еду – исключительно то, что привозили по заказу.
Это невольно царапало мою самоуверенность, но все негодование я хранила глубоко внутри себя.
Днём и вечером я старалась просто не попадаться Темурезу на глаза.
Однако судьба, будто специально искала повод для наших столкновений, и я всё же умудрялась напомнить о себе. Не с лучшей стороны.
Позавчера, например, я испортила его одежду. До сих пор ругаю себя… Решила постирать и не заметила, что в барабане машины уже лежали какие-то вещи. Без задней мысли запихнула свои сверху, и запустила программу ежедневной стирки.
– Ох, черт… – выдохнула я в ужасе, обнаружив среди своих вещей мокрую мужскую одежду.
Оказалось, в стиральной машине остались две рубашки Темуреза, которые, скорее всего, не успела вытащить нерасторопная домработница. Ярлычок кричал о том, что я очень-очень облажалась – их можно стирать только на деликатном режиме. Ткань потеряла вид, форму и просто превратилась в тряпку!
Ну откуда же мне было знать?.. Я практически и не использую этот режим! В доме, где я выросла, всегда было лишь то, что машинка уничтожит, только если очень постарается.
