Не предлагая и не спрашивая. Словно считал своей святой обязанностью обеспечить мне дорогу.
Путь прошел напряженно. Темурез молчал или отвечал на звонки, а еще делал вид, что не замечает моего взгляда.
– Удачного дня, – сдержанно пожелал он мне, притормозив возле парковки, но я не спешила выходить.
Пересилив сомнения, робко накрыла его большую руку своей, добиваясь внимания черных глаз. Осторожно поддев пальцами, я настойчиво подняла тяжелую мужскую ладонь и притянула к себе. Прикоснулась губами к самому центру, утонула в ней щекой и только тогда подняла взгляд.
– Дай мне немного времени, – попросила я искренне.
Мгновение замерло. Бесстрастность на лице Тема плавно сошла, как если бы ветер смел верхний слой снега. Он поддавался. И дал понять это, погладив мою щеку большим пальцем.
После Тем отнял руку, и слегка дернув вверх подбородком велел:
– Иди.
Я расценила это как положительный ответ, поэтому вышла из машины с легким сердцем. Но теперь мою голову беспокоила сложная задача – найти подходящий момент, чтобы признаться Лане.
Весь оставшийся день я только и делала, что искала этот самый момент. Пока что каждый казался неподходящим для откровенного разговора с подругой… Уж слишком разными были сейчас наши реальности. Тогда как моя душа парила где-то на седьмом небе – ее оставалась закрытой и унылой.
Я боялась, что своей новостью просто добью Милану! Неважно, какие мотивы двигали мной и Темурезом – в своем состоянии она неизбежно воспримет это в самом гнусном свете.
И чем больше я тянула, тем меньше оставалось внутри сомнений в том, что будет именно так…
С тех пор как Лана рассказала мне о ссоре в горах, мы ни разу не касались темы о Ревазе. Я переживала, что только огорчу ее своими расспросами. А еще в глубине души таился страх услышать то, что мне не понравится… То, что даст понять – это лишь временное расставание и скоро все станет совсем сложно!
Вернувшись из универа я заходила в свою комнату загруженной мыслями и крайне вымотанной. Меня расстраивало, что ситуация не сдвинулась ни на сантиметр, а еще безумно хотелось спать!
Бросив сумку в кресло, я вдруг застыла посреди комнаты, устремив взгляд в сторону кровати.
Глаза расширились от удивления, хотя сердце немного насторожилось. На покрывале, ровно посредине аккуратно лежала целая копна из багрово-красных роз. Букет не испорченный ни бумагой, ни фольгой, будто их вот-вот срезали с клумбы, только предусмотрительно убрали шипы с каждого стебля.
