Приглушенный свет, белоснежная скатерть, стол засервированный на двоих по всем правилам этикета, бутылка вина и красная роза, оставленная для какой-то гостьи – вот, что бросилось в глаза.
– Спасибо, Анна.
Я оглянулась на уверенный мужской голос, и сердце пропустило удар. Облаченный в белую рубашку и стильный пиджак, представительный от ботинок и до кончиков волос Темурез появился из-ниоткуда и, приблизившись ко мне, снял магнитный бейдж с моей блузки, так, будто делал это каждый день.
– Что ты…
Он передал его Анне, которая чуть ли не с реверансом приняла именной пластмасс.
– А как же… Мне же работать надо!..
– Считай, что я тебя уволила на один вечер, – деловым тоном сообщила Аня, и с лукавыми искорками взглянув на меня из-под очков в стильной оправе, процокала на выход.
Сбитая с толку, я уставила на дверь, которая только что за ней закрылась, и неуверенно повернулась к Темурезу.
– Что это значит? – спросила напряженно.
Скользнув глазами по моему лицу, он молча прошел к столу и выдвинул стул, напротив которого лежала роза.
– Присядь, – предложил он, стоя за спинкой.
Однако меня будто гвоздями к полу прибили, и я бесцеремонно выпалила:
– Это… свидание?
Брат Ланы слега склонил голову и задумчиво прищурился, словно все-таки расслышал трусливые нотки в моем голосе."
"– Уверен, ты устала и проголодалась, – заметил он своим невозмутимым баритоном, от которого мелкие волоски на моем теле всякий раз вставали дыбом. – Садись, Ника, – это не свидание. Мы просто поговорим.
С этими словами он отступил от стула и обошел стол, чтобы сесть напротив.
Как будто хотел помочь мне расслабиться, предоставив больше пространства и свободы действий.
Однако я упрямо не сходила с места.
– Тогда что же это?
– Если тебе нужны определения – пусть это будет дружеский вечер, – терпеливо предложил Тем.
Мои брови дернулись вверх, а взгляд с подозрением сосредоточился на мужском лице.
– А разве мы друзья? – поинтересовалась ему в тон, не спеша приблизившись к столу и, как бы примеряясь, сев на край стула.
– Я о тебе даже не знаю ничего.
На мое резонное замечание, Темурез лишь беспечно повел плечом.
– Это поправимо. Что-нибудь еще?
– Какой ты уступчивый…
– Скорее я заинтересован в том, чтобы поддержать определение, которое ты выбрала для этого ужина.
Я сдержанно улыбнулась и качнула головой, недоверчиво относясь к этому странному разговору.
– Темурез, я…
Неожиданно дверь открылась, и наше уединение нарушил официант, точнее мой коллега Костя.
