"" Глядя правде в глаза, было легче принять этот жест. Поэтому я послушно приблизилась к автомобилю на ватных ногах и забралась в салон.
Всю дорогу ехала, обнимая себя руками, будто меня морозило, хотя на сидении работал подогрев. Тихая музыка убаюкивала, но я оставалась в сознании не в силах окончательно расслабиться или хотя бы принять положение поудобнее. Чудилось, что Темурез постоянно поглядывает на меня. Я бы тоже пялилась на него, если бы стыд не сковал до звона в ушах. В голове так и крутились вопросы, но ни один я бы не решилась задать вслух… Даже губы пересохли.
Только адрес назвала в начале пути и замолкла.
Мой район на самом деле находился в другой части города. И как только показались знакомые постройки, внутренности неприятно стянуло. До тошноты. Эти улицы несли дурные ассоциации и спертый запах прошлого, от которого я успела отвыкнуть.
Скоро мы покатили по улице с одинаковыми и замызганными двухэтажками. Красивая машина остановилась возле нужного дома, и я подняла на его единственный темный подъезд враждебный взгляд.
Затем, ни говоря ни слова, вышла из салона, и на онемевших ногах направилась к багажнику. Тем уже стоял возле него. Вытащил сумку, однако когда я протянула руку, чтобы забрать ее, он прошел мимо, уверенным шагом направляясь прямо в подъезд.
– Эй, вы куда? – спохватилась я.
– Провожу.
– Нет, стойте! – крикнула я в такой панике, что брат подруги даже замедлил шаг.
Я подбежала к нему и попыталась вырвать сумку.
– Это уже лишнее, – отрезала я.
– Спасибо, что подвезли, но дальше я сама!
Тем ловко отвел сумку, наглым жестом не давая ее взять, и сосредоточил на мне пристальный взгляд.
– Это точно твой дом? – неожиданно спросил он абсолютно серьезным тоном и я прямо оторопела.
– Что… вы имеете в виду?
– Я к тебе в гости не напрашиваюсь, не переживай, – невозмутимо отозвался брат подруги. – Только до двери провожу – в подъезде темно.
С этим объяснением он продолжил путь, а у меня внутри вспышкой прошла волна раздражения.
Чего же ты добиваешься?!
Я вошла в подъезд следом за Темурезом и нащупала старый включатель, зажигающий тусклую лампочку на первом этаже. Он поднялся за мной по короткой лестнице, затем мы остановились у крайней двери слева. Самой страшной, со стеганой обивкой.
– Ну? – донесся его голос сзади. – Доставай ключи.
А я будто в прострацию ушла и не сразу отозвалась.
– Дверь, скорее всего не закрыта, – негромко сообщила я.
