Даже такая пиявка, как ты, не способна высосать кровь из камня!"
"– Я разве про деньги? Жилье – вот что мне требуется. Насколько я помню, твой особняк на Керзон-стрит всего в нескольких минутах ходьбы от «Уайтса», верно? Сдай его мне на год бесплатно, и дело с концом.
– Я бы на твоем месте поостерегся, – попытался запугать его Кит. – Если брат узнает, что ты меня шантажируешь, он тебя так прижмет, мало не покажется!
Джереми рассмеялся.
– Твой братец виноват не меньше тебя, он тоже сокрыл от властей истинную причину смерти вашего папеньки.
Уверен, отважный капитан никогда не простит тебя, если ты позволишь правде выйти наружу. Подумай над этим, дорогой кузен, цена за молчание всего ничего. Я буду во вторник в «Уайтсе».
Джереми неспешно пошел прочь. Кит стоял и смотрел ему вслед. «Мне никогда от него не избавиться! Этот сукин сын до самой смерти будет меня шантажировать!» Кристофер кинулся на поиски Руперта, раздумывая над тем, как навсегда избавиться от алчной свиньи. Каждая безумная идея заканчивалась одной картинкой – он пускает пулю в лоб Джереми Итону.
Кит отбросил все планы как слишком рисковые, и тут в голову ему пришла отличная мысль. А ведь есть способ застрелить кузена и покончить с кошмаром! Дуэль – вот идеальное решение проблемы!
– Где тебя носит, черт побери? Ты только что выиграл! – обратился к нему Руперт.
– И сколько? – равнодушно поинтересовался Кит, размышляя совсем о другом.
– Двадцать к одному, то есть двести гиней! – радостно воскликнул Руперт.
– Похоже, фортуна повернулась ко мне лицом, – заявил Кит.
– Давай съездим на следующей неделе на пару дней в Лондон и прошвырнемся по клубам! Гульнем в последний раз перед тем, как я буду связан по рукам и ногам!
* * *Одетая в мужское платье Александра первым делом зашла в издательство. Заметка и карикатура так понравились редактору, что он заплатил за них целых десять шиллингов. Это был самый большой гонорар за всю ее журналистскую карьеру. Настроение Алекс улучшилось. Стране нужны реформы, и если ее статьи хоть на шаг продвинут общество в этом направлении, можно считать, что ее усилия не пропали даром.
Может быть, после свадьбы ей удастся уговорить Кристофера заняться политикой. Как английский лорд, он имеет право голоса и просто обязан воспользоваться им для устранения несправедливости.
Она поставила Зефира в конюшню на Беркли-сквер и побежала наверх переодеваться.
По дороге в салон мадам Мартен Алекс решила не покупать белое платье из практических соображений.
