Ни смерть отца, ни завещание не могут выбить его из колеи. Он и только он в ответе за собственную жизнь. Никто не отберет у него будущее, тем более какой-то там мертвец.
Глава 7
Александра сидела, погрузившись в роман, и не кого-нибудь, а Джорджианы, герцогини Девоншир, которым снабдила ее бабушка, когда Алекс начала приставать к ней с вопросами о пресловутой матери Харта Кавендиша.
– Прочитай это, если жаждешь удовлетворить любопытство о печально известной Джорджиане. «Сильф» – немного переделанная автобиография, дань обуявшему ее пустословию.
Обычные сердечные излияния по поводу мужа, брака, друзей и самой себя. Написала она его в отместку супругу, когда узнала, что у того есть любовница, – проинформировала ее бабуля.
Роман был построен в виде писем юной героини Джулии, невинного деревенского создания, явившегося в Лондон, чтобы выйти замуж за богатого светского льва.
«Я от всей души надеюсь оправдать ожидания моего мужа. Мужа! Как звучит это слово в устах юной семнадцатилетней девы, знающей жизнь лишь понаслышке».
Джорджиана (Джулия) искала обожания и поклонения со стороны супруга, но не находила его.
«В его глазах не было любви, он пристально наблюдал за мной, точно боялся увидеть что-нибудь неприятное». Александра прекрасно понимала и разделяла чувства Джорджианы. Именно так смотрит на нее Николас Хаттон!
Джорджиана (Джулия) открыла для себя один из пороков мужа – азартные игры и вскоре сама заразилась тем же грехом, поскольку супруг абсолютно утратил к ней интерес.
Отсутствие сентиментальной привязанности – вот что терзало Джорджиану, пришла к выводу Алекс. В поисках романтизма она обратила свой взор на принца Уэльского. Алекс была ошеломлена. Принц – настоящая пародия на мужчину, объект для насмешек. Нельзя же в самом деле быть такой глупой! Алекс захлопнула книгу и вернула ее Дотти.
– Вы правы, это пустая болтовня чистой воды. Еле дочитала.
– В романе Джорджиана решила проблемы героини, ее благоверный покончил с собой.
К несчастью, в реальной жизни герцог Девоншир не оказал ей такой услуги.
– Признайтесь, вы дали мне этот роман, чтобы у меня пропала охота написать собственный, – улыбнулась Александра. – Ничего не выйдет, мой будет классом повыше.
– Да, милая, только никто не станет его публиковать. Посредственность – вот что прельщает массы. Учти это.
Пришел Руперт. Он только что вернулся с верховой прогулки со своим другом Китом Хаттоном.
