Но Джереми тоже заметил его:
– Привет, Харм! Надеялся застать тебя здесь.
«Точно такими же словами эта нахальная свинья встретила меня в прошлый раз!» Сердце у Кита упало от недоброго предчувствия.
– Насколько мне известно, мой отец снабдил тебя надежной информацией о выгодных капиталовложениях, кузен?
– Полагаю, твой отец не настолько глуп, чтобы обсуждать с тобой мои личные дела, не так ли, Джереми? – высокомерно заявил Кит.
– Разумеется, отец не дурак. Он понятия не имеет о моем к тебе интересе.
Об этом знаем только ты и я. Пока. – Он сделал ударение на последнем слове.
– Какого черта тебе от меня надо? – накинулся на него Кит, хотя в душе испытывал беспокойство.
– Поскольку мой папаша не столь щедр ко мне, как был твой, я снова малость поиздержался. Хочу во что-нибудь инвестировать деньги. По иронии судьбы Генри оставил все именно тебе.
«Негодяй знает, что отца убил я, а не Ник. Чтоб ему провалиться! Но у меня достаточно средств, чтобы заткнуть рот этой ненасытной пиявке».
– В последний раз, Джереми. Сколько?
– Всего пять тысяч.
Кит прищурился. С прошлой встречи его запросы возросли в десять раз.
– Встретимся в «Барклиз» утром. – Он повернулся на каблуках и направился к столу, где играли в фараон. Минут через десять Джереми Итон занял место за тем же столиком. Ему дьявольски везло, и вскоре все фишки Кита перекочевали к троюродному брату. Кристофер заказал себе виски.
«Вот когда я особенно по тебе скучаю, Ник. Вдвоем мы бы стерли этого ублюдка с лица земли, но одному мне не справиться, черт тебя побери!»
Лейтенант Николас Хаттон начал задумываться, не проклял ли его сам дьявол.
В октябре погода внезапно ухудшилась, застав англичан врасплох. Казалось, небо решило излить на землю всю влагу, недоданную в сентябре. Ливень не прекращался ни на минуту, под ногами хлюпала грязь. Лагерь превратился в трясину, пришлось перейти на более высокое место.
На второй день после переезда Николас Хаттон обнаружил пропажу продовольствия, вина, фуража и оружия.
«Сколько еще продлится эта чертова осада? Моим людям нужны действия. Запасы воды в Памплоне подходили к концу, и горожане уже были готовы сдаться, но тут зарядили эти проклятые дожди!»
Начались ежедневные обстрелы крепости, и следующие две недели с большим трудом удавалось поддерживать дисциплину среди подчиненных."
"– Памплона скоро падет. Я в ответе за ваше поведение и не потерплю мародерства в отношении мирного населения.
