"
"— Алис, ну чего ты выпендриваешься? — алкоголь сделал своё коварное дело и отключил у мужика мозги. Я не боялась его, тем более не собиралась поддаваться на провокацию. Лишь стряхнула его ладонь. Попыталась.
— Олежа, чего ты ко мне прицепился? — воззвание к разуму мне никогда не удавалось. Я даже бывшего мужа не могла отговорить «выпить последний бокальчик на посошок». А тут незнакомый индивид. — Тебе баб мало? Вон у тебя весь отдел спит и видит тебя в постели.
— Вот именно, — вторая рука скользнула по моей талии, а меня передернуло.
В конце концов, я не для такого вот случая целый год держала целибат, чтобы так безбашенно с ним расстаться, тем более в угоду непомерному эго. — А тебе все равно. Ты как неприступная крепость, которую лишь штурмом можно взять. Ну чего ты капризничаешь? Я не обижу…
Мой выдох был расценён как-то двусмысленно. Веревецкий потянулся своими грубыми лапами к моему лицу, но не успел и коснуться щеки, как ему на плечо легла мужская ладонь.
— Может потому что у этой дамы уже есть кавалер? — Вася насмешливо смотрел на опешившего юриста из-под своих очков.
При этом умудрялся ненавязчиво отодвигать его от меня. С одной стороны я была рада его появлению, а с другой…. Спиридонов на голову ниже и минимум на двадцать кило легче. На что он рассчитывал впрягаясь в эту оглоблю, ума не приложу. Но в поединке взглядов олень одержал победу и Олежа, пробормотав ругательства под нос, толкнул меня и задев плечом Василия, зашагал в зал.
Мы остались стоять вдвоём. Немного сконфуженные.
Я не знала куда деть руки, Вася, засунув свои в карманы брюк, рассматривал мою фатиновую юбку.
— Поехали, отвезу тебя домой, мечта маньяка, — предложил писатель, а я зачем-то согласилась.
В машине напряжение стало расти. Никогда за собой не замечала такой непроходимой глупости, что парочку дежурных фраз выдать не получается. Но все случается впервые: снег в мае, Италия в январе и отсохший мой язык. Вася не пытался разрядить обстановку, как мне думается, куда проще удалось бы разрядить револьвер.
Так и ехали в молчании. Март опять перепутал компас и ещё днём весенне солнце разморозило часть снега, а ночью его намело в удвоенном размере. Почему-то вспомнилась верба. И апрельские капели, что невольно заставляют ощущать приближение тепла. И ещё подснежники. Они дикими стайками вспарывают суглинисто-чернозёмные проталины. Благоухают в лесах. Определено, весна подступает и ей не преграда даже метель.
Машина припарковалась возле подъезда.
