Современный детектив. Большая антология. Книга 1

Поднявшись наверх, Винс притворился, что смотрит на море, а сам скосил глаза влево. Шедший за ним человек остановился и вроде бы стал смотреть в сторону.

Винс решил, что либо у него паранойя, либо за ним действительно следят. Не отводя глаз от моря — открывавшимся с Марин-террас видом и впрямь можно было залюбоваться, — он закурил и хорошенько обдумал ситуацию. При этом он не выпускал из поля зрения фигуру человека, который теперь шел по пляжу параллельно Марин-террас.

Винс выкинул недокуренную сигарету и, переждав, пока в сплошном потоке машин образуется просвет, перешел на другую сторону.

Здесь он сможет сколько угодно стоять и разглядывать витрины, не вызывая при этом подозрений. В действительности же он проверит, не последует ли за ним человек в плаще.

Как и следовало ожидать, тот не замедлил появиться. Он оглядел улицу, заметил Винса и направился через дорогу по диагонали к лотку с фотографиями местных достопримечательностей.

Винс еще какое-то время шел не сворачивая, потом внезапно нырнул в зал игровых автоматов — отросточек «Дримленда».

Там он выбрал себе укромное местечко за авиа-имитатором и стал внимательно смотреть на улицу.

Спустя несколько минут на пороге появился человек в плаще. На вид ему можно было дать лет тридцать пять — сорок, среднего телосложения, отросшие темные волосы, усы. Глаза у него были запавшие, а кожа — мертвенно-бледная. Он походил на человека, который всю жизнь провел под землей.

Не оставалось никаких сомнений. Этот ублюдок за ним шпионит.

И похоже, шпионит со времени их разговора с Эвелингом. Так, может, Эвелинг тоже в этом замешан? А может, этот малый топает за ним от самого пансиона?

Когда началась слежка?

Винсу был необходим тайм-аут: нужно было привести мысли в порядок и решить, что делать дальше. Он подошел к торговке сахарной ватой и купил у нее целую охапку воздушного розового лакомства.

Захватив пригоршню, он скатал шарик и закинул его в рот.

При этом он краем глаза заметил, что его соглядатай остановился на некотором расстоянии, прячась за группкой подростков. Просто стоит и смотрит на Винса. Больше ничего не предпринимает.

С каруселей доносилась музыка. Шарманка играла тот самый мотивчик, что играют все шарманки, мотивчик, знакомый решительно всем, хотя далеко не все знают, что это пьеса Эмиля Вальдтойфеля — «Вальс фигуристов».