Что же до плана… Все пока лишь в общих чертах: вернуться на Землю и прорваться к командованию. Эта чертова война должна закончиться любой ценой.
— Так, понятно, — кивнул Валентайн и хмыкнул. — План ни к черту. Любой ценой… тоже мне герой-камикадзе, — он покачал головой, но уже с улыбкой. — Нам такое не подходит. Слушай, я надеюсь, наши земные друзья еще не все умерли? Ты ведь не утерял ни с кем связь?
— Нет, — Джеймс постепенно приходил в себя, и даже сумел сейчас улыбнуться почти как обычно. — Года на три я выпал из их поля зрения, но потом нашел всех по-новой.
Вот только… Я не собираюсь подвергать никого опасности.
— Никого, кроме себя? — прозорливо заметил Валентайн. — Ну хорошо, допустим, ты один прорвался к командованию. Всех вычислил, установил связи между заинтересованными в войне подонками и… Дальше-то что?
— Не один, — покачал головой Джеймс. — Как минимум Майкл будет со мной, да и Рич, Вайс, Пи-Джей и Марк, уверен, тоже. Что же касается командования… Если они не пойдут на сотрудничество, придется подстраховаться.
КРИС обещал предоставить материалы, мы сделаем из них фильм. В случае неудачи в переговорах, этот фильм будет автоматически выложен в сеть и разослан во все крупные СМИ планеты.
— Лучше бы КРИС пообещал предоставить вам терминаторов, — задумчиво произнес Валентайн. — Ладно, вернемся к разговору чуть позже. Спешить, как я понял, некуда. И это хорошо, есть время детализировать твои «общие черты», — он посмотрел на Джеймса тепло и вдруг прищурился: — Список, у тебя, лейтенант, только неточный.
Одного бойца в нем не хватает.
— Нет! — ответил Джеймс неожиданно резко. — Если только на связи, — добавил, помедлив. — Я… Я не вынесу, если с тобой снова что-то случится, — признался, помолчав.
— Кончай из меня тепличную орхидею делать! — скривился Валентайн, но взгляд его остался таким же теплым. — Ничего со мной не случится. Молния дважды в одно дерево не бьет. А вот тебя, — на губы снова вернулась улыбка, — я из поля зрения не выпущу.
Итак долго меня не было. Отдохнул и хорош, пора в строй!
Джеймс внимательно на него посмотрел, снова коснулся рукой его волос — те были длиннее, чем во время службы в пилотном корпусе — такие Валентайн носил на Земле, — и отдернул руку, вставая.
— Дай мне… — Джеймс запнулся и сглотнул. — …время. Мне нужно все осмыслить.
Казалось, Валентайна столь резкая перемена в поведении Джеймса ничуть не смутила.
— Время? — переспросил он.
