И давай договоримся, — он на пару секунд прикрыл глаза, а потом посмотрел на Майкла, спрятав эмоции. — Пока Джеймс не придет в норму и не начнет снова сверкать улыбкой направо и налево, мы будем общаться нормально. Чего бы это ни стоило.
И тут Майкл не выдержал.
— Да это само собой разумеется! — его голос даже сел от ярости, а оттого слова напоминали шипение. — Безо всяких там ""договоримся""! Не строй из себя самого умного и заботливого! Думаешь, я только терзал его? Если так, то ты ошибаешься! Человек, которому с другим было только плохо, никогда бы не вел себя так, как он вчера! А значит, было много из того, что ты явно не включил в собственное представление о нас с ним! Постарается он понять, надо же… Какое великодушие!
Тай внимательно на него посмотрел и откинулся на подушки.
— Успокойся, — сказал в потолок. — Я понимаю. Но черт побери, я был вчера в шаге от того, чтобы схватиться за нож.
Майклу оставалось только с шумом выдохнуть и молча уставиться в потолок. Он вообще и не думал вступать с этим человеком ни в какие споры.
— Иди есть первым, — буркнул он, едва сдержав себя, чтобы не добавить нечто вроде ""и смотри не подавись"".
Валентайн пожал плечами и встал с кровати.
Пока он завтракал, Майкл снова взял Джеймса за руку и осторожно разгладил морщинки на лбу, наслаждаясь моментом долгожданного одиночества. А потом Валентайн ушел в душ, и Джеймс внезапно поднял голову, сонно моргая.
— Доброе утро, — хрипло прошептал он. И оглянулся.
— Он купается, — сообщил Майкл, не став дожидаться очевидного вопроса.
А может, Джеймс и не стал бы спрашивать, приняв все произошедшее за дурной сон. Или и не дурной вовсе. Махнув головой, искренне желая прогнать ненужные мысли, Майкл улыбнулся и погладил Джеймса по щеке: — Как ты?
— Голова болит, — честно признался Джеймс и улыбнулся в ответ."
"— Давай скажем КРИСу, он даст лекарство, — предложил Майкл. А в следующую секунду он даже не сообразил, что делает. Просто само собой вышло — лицо Джеймса оказалось совсем близко, а губы наконец почувствовали тепло его губ.
И Джеймс ответил ему — с готовностью, жадностью. Будто только и ждал, когда выдастся возможность. И отстранился, только когда в душевой перестала шуметь вода.
— Прости, — извинился неловко. — Думаю, будет лучше, если мы не будем… Друг у друга на глазах.
Майкл ничего не ответил, лишь улыбнулся в ответ, а потом легонько кивнул, откидываясь на подушку.
— КРИС, ну где лекарство? — спросил он.
