Джеймс послушно лег обратно и с наслаждением зажмурился, когда ладони Майкла легли на его плечи, а крепкие пальцы принялись разминать задеревенелые мышцы. Начав с легких, разогревающих прикосновений, Майкл усиливал нажим, переходя от одной лопатки к другой. Джеймс тихо посапывал и всякий раз замирал, а потом вздрагивал, когда руки Майкла находили самые напряженные места.
Как ни странно, самой проблемной оказалась шея — даже под умелыми ладонями мышцы отказывались расслабляться. И Джеймс только сжимал зубы и жмурился еще сильнее, когда настойчивые пальцы причиняли почти боль.
— Да что ж такое… — пробормотал Майкл. Он уменьшил нажим и задумчиво погладил разгоряченную кожу. — Фасция воспалена, что ли?.. Так больно? — он осторожно пощупал пальцами основание мышцы.
— Да, — признался Джеймс. — По утрам особенно. Но после разминки почти проходит. Если не трогать..
— Сказал бы раньше, — огорчился Майкл. — У меня мазь есть. Из тех чудодейственных средств, что ставит на ноги любую зверушку, но почему-то так и не было представлено для испытаний на людях.
— Здорово, — улыбнулся Джеймс, посмотрев на него из-за плеча, — если поможет, запатентуешь новый метод лечения. А там гляди, загоришься новой идеей — и в отставку подашь.
— Вряд ли, — коротко бросил Майкл и переместился ниже, начав работать над другими мышцами.
— Зря, — вздохнул Джеймс. — Мне бы очень не хотелось, чтобы вся твоя жизнь пролетела в казарме. Уверен, ты можешь быть нужным и на Земле — с рецептами, шприцами и сотнями благодарных пациентов.
— Ну, один благодарный пациент у меня и здесь, надеюсь, найдется, — Майкл вдавил большие пальцы в ямочки над Маклейневской поясницей. — А на Земле… — он оглянулся в поисках Селен, но ее рядом не было. — На Земле мне никакие шприцы не помогут.
— Даже не знаю, что тебе на это сказать, — произнес Джеймс тихо. — Ты сбежал из одного ада в другой, но если тебе так лучше — что ж, милости просим. А как закончится контракт, сам решишь, куда дальше податься.
— Я уже говорил, что давно все решил, — покачал головой Майкл.
— Даже не думай меня переубеждать. И особенно — когда закончится контракт.
— Упрямец, — Джеймс мягко улыбнулся и вдруг простонал как-то особенно чувственно. Майкл опустил взгляд и обомлел — одна из его ладоней преспокойненько лежала на маклейновской ягодице, несильно сжимая ее сквозь плотную ткань форменных штанов. Видимо, разговор отвлек настолько, что он даже не заметил, как сменил лечебные касания на… на непонятно что.
