Совсем не ангел

Ведь если это был не он, то кто послал тех людей, что ворвались в дом Аглаши? Почему они хотели вернуть меня мужу? Что-то здесь явно не чисто.

— Но если не ты, то кто?

— Не знаю, но будь уверена, я докопаюсь до правды, — блеск в его глазах давал понять, что это не простые обещания.

Можно быть уверенным, он весь Черный лес на уши поднимет, но найдет тех, кто все это придумал, однако один факт все еще оставался фактом…

— Это ничего не меняет. Я их убила, и это бремя навсегда со мной. Я потому и не касаюсь магии, что боюсь, как бы все не повторилось.

Стоит Трибуналу узнать об этом, и меня линчуют. Не важно, что я этого не хотела. Я убийца, и этим все сказано.

— Никакая ты не убийца, и прекрати об этом твердить. У тебя чистое сердце, лисичка. Я не позволю никому и пальцем тебя тронуть, живо глотку перегрызу. Я сам проведу расследование, как только мы вернемся домой.

— Домой? — у меня внутри забрезжил маленький огонек надежды.

Оказывается, смирившись с вечной ссылкой, я даже не понимала, насколько скучаю по Стеше, родным местам, знакомым и друзьям, и шанс вновь их увидеть, вызывал непередаваемую радость.

— Домой. Вы с Евой уже сегодня отправитесь туда, а я присоединюсь к вам позже, — появившаяся на его губах улыбка, не заставила меня пропустить мимо ушей сказанные им слова.

— Почему позже? Почему не с нами вместе?

— Ты забыла об одной не маленькой проблеме, лисичка. Шкуров никуда не делся, и я очень сомневаюсь, что он прекратит твои поиски. У него очень длинные руки, и я не хочу, чтобы этот меч висел над нашими головами.

Я останусь здесь, и доведу это дело до конца, — поддавшись вперед, Ангел коснулся губами моей шеи, и у меня по коже побежали мурашки.

Будто и не было последних тридцати минут. Мне снова хотелось лежать под ним, и чувствовать тяжесть родного тела. Мне хотелось забыться в его объятиях. Хотелось, чтобы все проблемы исчезли сами по себе, оставив нашу семью, наконец, в покое.

— Я боюсь, — тихонько прошептала ему на ухо, — если с тобой что-то случится, я… я…

— Ничего со мной не случится.

В осиное гнездо к нему мне соваться смысла нет. Мирон должен получить последние доказательства его злодеяний, и мы передадим дело в Трибунал. Судьи сами решат его участь, и я более чем уверен, приговор будет суровее некуда.

Он собирался добавит что-то еще, но внизу раздался какой-то шум.

— Кажется ребята с Евой вернулись, — улыбнувшись прошептала я, — надо выйти, а то они неизвестно, что подумают.