Совсем не ангел

Кровь из раны стекала на пол, а он не мог даже дотянуться до нее, удерживаемый со всех сторон наемниками Шкурова, которого, судя по выражению лица, мучения оборотня приводили в дикий восторг.

Мою истерику ведьмак быстро заткнул хлесткой пощечиной, и продолжил свою пафосную речь.

— Никогда не любил драму, но ваши страдания и слезы подпитывают меня, словно батарейка. Ну ладно, что-то разболтался я тут с вами, пора и честь знать, — затем обратился уже к своим бандитам, — девку в машину, а этого, — кивнул в сторону Ангела, — убить.

— Неееееет, — как бы я не пыталась вырваться, ничего не выходило. Меня оторвали от пола и понесли ко входной двери, но в этот момент случилось невероятное.

Ангел глухо зарычал, откинул голову назад, ударив по носу стоящего там мужчину, который тут же отлетел в сторону. А затем волк набросился на остальных.

Трансформация произошла за считанные секунды. Раз… и оборотень увеличился в размерах, тело покрыла мелкая шерстка, а на лице появилась прозрачная волчья маска.

Продолжая драться, он разорвал на запястьях обручи, но наемники ведьмака, не сдаваясь, продолжали атаковать. Зверь раскидывал их в разные стороны пробираясь ко мне и остановился, лишь когда поравнялся со Шкуровым.

Ангел схватил его за горло и поднял вверх. Если бы не выражение лица ведьмака, я решила бы, что победа у нас в кармане, но он улыбался так, будто уже выиграл это сражение.

В груди защемило от дурного предчувствия неизбежного.

Раздался громкий звук выстрела, после которого наступила мертвая тишина. Никто не двигался и только я, чувствуя, как внутренности разрывает невыносимая боль от понимания, что сейчас произошло, даже не кричала, а скулила от горя.

Все обретенные надежды разрушились, словно карточный домик, похоронив под собой меня саму.

Хватка Ангела на горле ведьмака ослабла, а из пулевого отверстия на шее хлестала кровь. Подняв вверх ладонь, Шкуров выбросил вперед шар энергии, который впечатался в грудь волка и отбросил его к противоположной стене.

— Умаляю, не трогайте его! — обратилась я к Шкурову, готовая на колени перед ним встать, лишь бы у Ангела сохранился хотя бы крохотный шанс на спасение.

Тот ехидно усмехнулся в ответ на мои мольбы.

— Поздно просишь, дорогая. Твоя псина уже мертва, — находясь будто в трансе, я перевела невидящий взгляд на не подающего признаки жизни мужа.

Он лежал лицом в пол.