Совушка ее величества

 – Не удержавшись от комментария, глядя на ее сияющее лицо, я немного недовольно поморщилась. – Давай я сначала спокойно поем, а потом мы приступим ко всему, что ты хочешь. По порядку. Кстати, расскажи мне о семье. Она у нас большая?

Семья оказалась не очень большой, но для меня и этого было много – уже озвученные трое сыновей, то есть папа-Калахем и два дяди: Кейнерианну (Кенни) и Карринихей (Керри). Папочка был самым младшим, причем единственным последователем ба в ее увлечении экспериментами. Кенни и Керри предпочли заниматься торговлей и политикой соответственно, причем Керри был старшим, и ба мимоходом заметила, что, скорее всего, именно он станет главой рода после того, как сама ба решит уйти на покой.

Кроме того, оба моих дядюшки уже были женаты на «очень милых девочках», как окрестила их Марри, но, к сожалению, сами «девочки» еще ни одной малышки не родили – у Кенни был сын, а у Керри аж двое, причем близнецы.

– Знаешь, я уже и так намекала, и эдак, что могу помочь в планировании пола, но они как бараны! Уперлись – и все! «Нет, мама, мы са-а-ами…» Тьфу! – Недовольно фыркнув, ба с обожанием посмотрела на меня и счастливо вздохнула.

 – Зато Калахем превзошел их всех! Насколько оболтус, но у него-таки получилось меня порадовать.

– Ба… – К счастью, я уже поела, так что даже не подавилась, а, отпив напитка, очень похожего на какао, уточнила: – Извини, может, это не очень приятный вопрос, но где отец твоих детей?

– Понятия не имею. – Нисколько не обидевшись, драконица беспечно пожала плечами.

 – Я его видела пару раз, и только. И да, предупреждая твой следующий вопрос, отвечу – замужем я никогда не была и не планирую. Детей родила сама, оплодотворение было искусственным. А теперь не будем о былом, перейдем к будущему. К нашим с тобой занятиям! Расскажи мне, что из родовой магии тебе доступно?

– Так сразу и не отвечу…

Не скажу, что я была потрясена ее признанием о личности дракона-деда, потому что подспудно ожидала от нее нечто подобное, но информация тем не менее насторожила еще больше.

Неужели феминистка? Или еще что похуже? Или какая-нибудь неразделенная любовь и пожизненная душевная травма? Интересно, а ее родители кем были? Надеюсь, не такими же сумасшедшими учеными?

– Может, продиагностируем?

– Нет! – Моя отрицательная реакция была настолько бурной, что ба, похоже, обиделась.

– Виктория, это не больно. – Драконица недовольно поджала губы, и во взгляде промелькнуло нечто, очень похожее на осуждение.