Совушка ее величества

Но, знаешь, ты посидела бы с ним… И парень-то хороший, жалко его. Может, отойдет? Только близко не подходи, опасен еще. Сама знаешь – вампир. Им только крови побольше дай, да столько, пока не обожрется. В первые недели вообще приходилось на комнату заглушки ставить – выл не переставая, пока кожа нарастала. У больных оно ж как – жажда крови все разумные доводы сметает, вот и пришлось приковывать. Сейчас он, конечно, уже не бушует, но все равно – пока окончательно руки-ноги не восстановятся – опасен. Ну так как? Не напугала я тебя?

Жалости во мне, конечно, больше тоже не стало, но раз уж Елинда думает, что мое присутствие может помочь, то попробую.

Кивнув и подхватив недочитанный учебник (а вдруг он не захочет общаться и мы просто будем сидеть в молчании?), я отправилась вниз, где меня еще раз предупредили не приближаться и, в случае чего, не геройствовать, а сразу звать их.

Открыв дверь в палату, я пару секунд постояла в проеме, рассматривая настороженно замершего вампира. Рассматривал и он меня, причем так, словно был одновременно рад и напуган.

– Добрый день, Вайтор.

Ответ был тихим, но четким. Что ж, значит, уже не очень-то и больной наш больной.

– Вы хотели меня видеть? – Я прошла в комнату и села на вторую кровать, стоящую у противоположной от вампира стены.

– Просто видеть или поговорить?

– Да… – Мужчина повторил несколько заторможенно, при этом скользя помутневшим взглядом по халату и останавливаясь через каждые несколько секунд то на кармашке, то на воротнике, то на манжете.

О? Интересно… Хотя логично.

Решив, что выполнение этой просьбы меня не затруднит, я в два счета сняла халат и косынку, сложила и убрала себе за спину.

– Спасибо… – Тонкая бледная улыбка, даже, скорее, ее подобие, легла на мужские губы. – Вы красивая… И сияние у вас яркое… Кто ваш тотем?

– Ясно… – Глубоко вдохнув и прикрыв глаза, словно этот разговор отнял слишком много сил, уже с закрытыми глазами Вайтор прошептал: – У меня невеста была… На вас похожа.

– Да, была. – Зло скривив губы, вампир резко распахнул глаза, и мне достался взгляд, полный смертельной ненависти. – Она меня бросила. Сказала, что ей не нужен калека. Сказала, что не собирается тратить свою жизнь на полудохлого мужа, а лучше найдет себе целого на полуночном слете. Твар-р-рь…

Мужчина сорвался на рычание, несколько раз безуспешно дернулся, но затем обреченно обмяк и скукожился.