Совушка ее величества

 – Калахем… Ты… Я…

– Да? – Не совсем понимая, что происходит, но чувствуя, что любимой плохо, причем не физически, а морально, дракон не торопился давить, зная, что она вскоре успокоится и все расскажет сама.

И действительно, прошло всего несколько минут, как королева взяла себя в руки, чуть отстранилась и, посмотрев озадаченному дракону прямо в глаза, твердо заявила:

– Я хочу от тебя ребенка. И не искусственного, а того, которого рожу сама. Где сейчас твоя мать?

Моему дневному сну не посмел помешать ни один смертный, так что к шести вечера я была идеально выспавшейся и уже буквально предвкушала момент начала бала, а больше всего не начала, а девяти часов, когда можно будет плюнуть на все условности и обнять самого любимого мужчину на свете.

Ужин я проглотила, не сильно рассматривая, потому что ощутимо проголодалась без обеда, после чуть ополоснулась в местной шикарной ванне, чтобы проснуться окончательно, а затем поступила в абсолютное и безоговорочное владение Яниты.

Сначала мы надели платье, от которого я была в полном восторге – нежно-голубое, оно переливалось на свету и при различном освещении меняло оттенок с серебра до лазури. Жесткий лиф был расшит мелким бисером, причем четко в тон моему сапфировому гарнитуру, подаренному ба. Рукавов у этого платья не имелось, так что плечи и вся верхняя часть груди были открыты, и держалось оно лишь за счет тугой шнуровки на спине. Подол платья свободно струился по ногам, но когда ястреб кружил меня в вальсе (дома я, разумеется, успела примерить наряд и даже немного потанцевать в нем), то становилось понятно – юбка очень широкая и состоит как минимум из трех слоев различной по своей структуре и цвету ткани: ярко-синий нижний слой, полупрозрачный серебряный средний и почти невесомый нежно-голубой верхний.

Когда я поинтересовалась, а не слишком ли это смело для местного высшего общества, то получила заверения, что нет, не слишком, но лишь для этой уникальной ночи.

Удивительно было услышать подобные слова от такого собственника и ревнивца, как Юмирай, но я не нашла в его словах подвоха и просто согласилась. А может, он и правда захотел в кои-то веки утереть нос всем остальным и показать, что я уникальна не только внутри и своей родословной, но и внешними данными.