Совушка ее величества

 – Тут лорд, видимо, решил меня просветить, как я на самом деле должна была себя вести: – Намного чаще мне приходилось утешать, отпаивать успокоительными и уговаривать, что жизнь не кончена, а, наоборот, лишь начинается.

– Оу… – Отставив пустую чашку в сторону, я иронично хмыкнула. – Хорошо, уговорили. Успокойте и пожалейте меня. Кстати, как насчет моего последнего вопроса? Успокоите?

Кажется, шутка не удалась. И, кажется, я рано начала вести себя естественно и непринужденно – он точно ждал от меня если не слез, то хотя бы кротости и послушания.

И как же подвести его к мысли, что я слегка другая, и при этом не разорвать ему шаблон?

– Виктория, вы меня настораживаете… Скажите, вы боец?

– В смысле? – замерев от его такого проницательного вопроса, я постаралась не хмуриться.

– В прямом. Вчера, когда я вас раздевал, я нашел на вашем теле шрамы. Откуда они? – усмехнувшись краешком губ, словно показывая, что и у него есть кое-что, припрятанное в кармане, лорд терпеливо ждал, пока я возьму себя в руки и отвечу.

– Нелегкое детство. – Поморщившись, я поняла, что придется кое-что рассказать. Если он заподозрит меня в утаивании чего-то важного, то не факт, что не залезет мне в голову, как пытались это сделать предыдущие лорды и без проблем делали судьи. И совсем не факт, что я смогу дать ему отпор. – Я сирота, росла в детском доме. Поверьте, даже девочкам иногда приходится за себя постоять, если хочешь жить не рабом, а человеком.

– Но в вашем мире нет рабства… – Лорд выглядел настолько обескураженным, что я не выдержала и громко расхохоталась.

– П… простите. Да, конечно же нет, – язвительно, но горько усмехнувшись, я посмотрела ему прямо в глаза. – Но чем отличается забитый, униженный и не имеющий никаких прав ребенок от того же раба? Тем, что официально рабства нет? Да назовите как угодно, но сути это не изменит. И поверьте, я уже в пять лет поняла, что рабом никогда не буду. И не была. Это было существование, но я точно знала, что выживу и стану кем-то. Не безмолвным безымянным рабом, а кем-то.

Затихнув и отведя взгляд, когда в глазах лорда промелькнуло нескрываемое сочувствие, я зло поджала губы. Зря я это сказала. Ненавижу сочувствие в любом виде. Оно делает слабее, заставляет верить людям, чтобы потом разочароваться в них. Нет, лучше всегда быть сильной, улыбаться и идти вперед с гордо поднятой головой. Только тогда тебя боятся задирать шавки и опасаются трогать остальные. Только тогда.