А Гарандин развернулся к Дине и неожиданно спросил напрямик:
– Кто вам угрожает, Дина? Муж, бывший муж, любовник, бойфренд? Или какие-то криминальные дела?
Подошел, сел на освободившийся стул и, ожидая ответа, внимательно следил за выражением ее лица.
– Муж, бывший муж, любовник и бойфренд, – улыбаясь через накатывающую волнами слабость, повторила она за ним. – Все вышеперечисленные, только не мои. Впрочем, это все ерунда и мои заморочки, – быстренько соскочила с темы она и в свою очередь спросила: – А что там с той девочкой, из-за которой все случилось? С ее ребенком? Они в порядке?
Гарандин помолчал, внимательно ее рассматривая и позволяя ей уйти от ответов.
Дина прямо вот видела и ощущала, что позволил.
Какой, однако, непростой мужчина-то, а?
– Они в порядке, испугались оба, разумеется, сильно, но не более, – ответил Гарандин легко и непринужденно, словно продолжил прерванный разговор. – К вам завтра придет следователь – подписывать протокол происшествия. И наверняка предложит написать заявление на эту мамашу.
– Да ну, – пренебрежительно отмахнулась Дина. – Что там хоть за девочка, вы пообщались?
– Пообщались, – легонько усмехнулся Гарандин, – типичная представительница сетевого погружения. Как там в «Камеди» было? «Живу впроголодь на десять лайков в сутки».
– Что, полный бесполезняк? – уточнила Дина.
– Да бог знает, – неопределенно крутанул головой Влад. – Испугалась она всерьез, и проняло ее крепко. Да и женщины на нее набросились, грозились тут же в опеку звонить, ставить вопрос о лишении материнских прав.
Одним словом, проняло девочку качественно. Надолго ли хватит просветления в ее мозгах, это другой вопрос.
Не постучавшись, распахнула дверь и вошла медсестра, и уже с порога распорядилась эдаким особым профессиональным тоном, выработанным годами:
– Все, посещение окончено. Больной требуется покой и отдых. Попрошу вас покинуть палату.
– Сейчас покину, – спокойным тоном пообещал господин Гарандин, не двинув ни одним мускулом, и наклонился чуть ближе к Дине.
– Ну что, Диночка, поправляйтесь, исцеляйтесь.
– Буду, – серьезно пообещала та.
А он совершенно неожиданно поднялся со стула, наклонился и поцеловал ее в щеку, выпрямился, махнул рукой на прощание и вышел из палаты мимо удивленно замершей медсестры.
– Кавалер? – спросила медсестра, наполовину высунувшись за порог палаты, провожая долгим, жадно-любопытным взглядом удалявшуюся по коридору спину Гарандина, пока тот не скрылся за поворотом.
