SPA-чистилище

Что-нибудь случилось?

– При чем здесь он? – удивился Стас.

– Тогда вы меня извините, я не могу говорить, позвоню вам через полчаса.

– Ну, ладно, – протянул заказчик. В его тоне сквозило явное недовольство.

Ходасевич нажал на «отбой».

– Да ты, я смотрю, и без нас нарасхват, – сыронизировал Ибрагимов. – Ладно, давай доложу, как я отработал виски… Я уже говорил, по всем твоим запрошенным товарищам – кроме одного – у нас никаких материалов не нашлось. Кристальные какие-то люди. А вот, – он протянул Ходасевичу папочку, – донесения по пианисту Ковригину и его грешкам.

Как ты понимаешь, выносить документы из здания запрещено, но при мне посмотреть можешь. Даже можешь кое-что законспектировать. Но время, повторяю, прошлое – все сроки давности вышли, за это дело ты его никак не уцепишь.

«Да и цеплять не буду», – подумал Ходасевич, однако вслух произнес:

– А вот тебе, как ты просил, распечатка разговоров твоей пропавшей дамочки за последнюю неделю. Все ее мобильное общение. Когда она, говоришь, исчезла? В среду вечером?

– Совпадает.

Последний звонок на ее сотовый поступил в среду около девятнадцати часов. В дальнейшем телефон молчал. Эту распечатку ты можешь взять с собой – это секрет не наш, а мобильного оператора, которым он с нами обязан делиться. Мой парень тут тебе маленько помог: расписал на полях карандашиком пояснения, а то ты с непривычки не разберешься.

Ибрагимов протянул Валерию Петровичу бумажную зеленую папку без всяких опознавательных знаков. Тот открыл ее. Внутри оказалась компьютерная распечатка с пометками на полях, сделанными аккуратнейшим бисерным почерком.

– Спасибо тебе и твоему парню.

– Ну, все, Ходасевич. Рад был тебе помочь. Надеюсь, в следующий раз ты будешь помогать мне.

– Я с радостью. Не забывайте, что я еще жив и дееспособен.

Напоследок двое полковников снова обнялись.

Спустя десять минут Валерий Петрович вышел в Лубянский переулок. Глянул на часы. Следовало поторопиться на вокзал, чтобы поспеть на последнюю перед перерывом электричку. Но сначала надо позвонить Стасу – с чего его вдруг так разобрало.

Ходасевич набрал номер – «абонент не отвечает или находится вне зоны приема». Долго не думая, он позвонил его жене – та же самая петрушка. Наконец, полковник попытался соединиться с Ванечкой – и у юноши мобильник был недоступен. Тогда он набрал домашний Бартеневых – там, как и следовало ожидать, ответом ему стали длинные гудки.

Что ж, со Стасом или с кем-то из его семьи он сможет связаться и из Листвянки.