Спа-салон Шахерезады

И выбрать он может как кого-нибудь из учителей школы, так и кого-нибудь из их учеников.

Тем человеком, к которому собирался наведаться Арсений, был муж Анны Сергеевны. В принципе, у Фимы и у самой имелось такое желание.

– Муж да жена – одна сатана. Что у жены на уме, то и мужу должно быть хорошо известно.

– При одном лишь исключении.

– Если у женщины имеется любовная связь на стороне, то об этом муж обычно узнает последним.

– Думаешь, что у Анны Сергеевны был роман?

Арсений с многозначительным видом кивнул.

Фима почувствовала нешуточное волнение. Ух ты! Какие страсти кипят в классе у Павлика. А они-то с родителями насчет его Марианны переживали. Да эта Марианна, несмотря на свой вызывающий образ, просто невинная овечка по сравнению с классной руководительницей. Конечно, детям есть с кого брать пример. У их собственной классной дела на любовном фронте обстояли куда как круче.

– И кто избранник? С кем она крутила свои шуры-муры?

– Точно никому про это дело неизвестно, как говорится свечку не держали, но по обрывочным намекам знакомых нашей беглянки все же можно сделать такое предположение.

Фима кивнула. Да, в школе тоже судачили о том, что пластику Анна Сергеевна решила сделать ради мужчины. А вот какого мужчины, так и не сказали.

– Но откуда ты знаешь, что речь идет именно о пластической операции? – спохватилась Фима.

– Именно по этой причине. Официальный запрос мне не помог, клиентка хочет сохранить инкогнито. И клиника ей в этом охотно помогает. Такой предупредительностью обычно славятся клиники пластической хирургии.

– Допустим, она подшивает себе веки или отрезает попу. Но где именно? Как мы ее найдем?

– Муж должен знать. Он нам и поможет в поисках.

– А если не захочет?

– У меня есть мысль, как заставить его это сделать.

И Арсений многообещающе улыбнулся.

Петра, мужа Анны Сергеевны, они застали возле его работы. Был конец рабочего дня, мужчина вышел из офисного здания, чтобы перекусить, немного размяться и ехать.

– Вот он! Берем в тиски. Ты справа, я слева!

Петр сперва испугался. Не выразил он облегчения и при виде служебного удостоверения, которое продемонстрировал ему Арсений.