Спасатель (СИ)

Слухи быстро распространяются и, прослышав о том, что я разбираюсь в политической обстановке, боярыня решила спросить у меня совета, как поступить с движимым имуществом.

Большую часть своей скотины Переслава, вопреки княжеским указам, оставила за городом, правда, отогнав на правый берег в дремучую пущу, верстах в двадцати отсюда. В козельском дворе боярыни столько коров физически не поместятся, а резать их жалко, да и сохранить все мясо было проблематично. Холода заканчиваются, а засолить столько говядины не успеют, да и нечем.

Соль нынче идет чуть ли не по цене серебра, так что еще подумаешь, стоит ли с солониной заморачиваться.

Попеняв местной олигархине, что ослушалась повелителя, я посоветовал отогнать стада к Карачаеву. Туда татарва не дойдет, а под растаявшим снегом коровенки авось, найдут какое-нибудь пропитание. Да и несколько возов сена можно с собой взять, а то и у местных прикупить. Дочку и всех неспособных держать оружие тоже от греха подальше стоит отправить.

Переслава и ее тиуны согласно кивали, слушая наставления, и немедля принялись составлять письмо пастухам, да обсуждать возможные пути отхода стада. Сообразительная боярыня предложила скооперироваться с другими скотовладельцами, чтобы минимизировать ущерб от перегона стад. Времени на все про все у них оставалось с гулькин нос, но они сами виноваты. Не вняли вовремя призыву готовиться к осаде, а как с запада подошли татарские разъезды, вдруг поняли, что это все не шутка.

Засиделись мы на совещании допоздна и когда, наконец, закончили перетирать правовые и финансовые проблемы скотоводства в условиях войны я, пожелав всем здравия, прихватил шапку и отправился домой. Идти до терема было всего ничего, так что от провожатого с факелом отказался. Ну как-то не привычно человеку, выросшему в условиях демократии и толерантности пользоваться услугами холопов, да еще чужих.

Выйдя за ворота, я еще немножко постоял, дожидаясь, пока зрачки расширятся и глаза полностью привыкнут к темноте.

Луны за тучами не видать, а большинство горожан, шнырявших по улице, несмотря на поздний час, факелами не пользовались, так что темень всюду царила непролазная. Когда тени вокруг стали более отчетливыми, и дорога стала различимой, я зашагал в сторону детинца. Но едва отошел от тына, окружавшего боярский двор, как встречный прохожий неожиданно ткнул мне в живот чем-то острым.