Оно лежит в основе утопийской культуры.
— Да. Яру — голова.
— Оне из неан?
— Да что ты! Оне родилось задолго до нашего прибытия. Оне целиком ваше.
— Ладно, Яру вычеркиваем из списка… — Кандара задумчиво разглядывала ряд безобидных на вид серых кубов. — Этот ваш зомбирующий вирус… Он может подчинить человеческое сознание?
— Теоретически может, — признала Джессика. — Трудность в том, чтоб ввести нейровирус в человеческий мозг. Нейронные структуры квинт имеют прямую нервную связь, допускающую перенос с других биотехнических систем.
Для человека пришлось бы создавать кортикальный интерфейс. Хотя биологический инициатор должен бы справиться с такой задачей.
— Именно поэтому мы советуем всем видам, которым оказываем помощь, не использовать прямых интерфейсов мозг–компьютер, — вставил Соко. — Они опасно упрощают подчинение.
— А как же вы проникли в единый разум транспортника оликсов? — обернулась к нему Кандара.
— Тем самым способом. Камера биостазиса, в которую меня поместили, имела множество нейроволоконных связей с корабельным мозгом.
После того как меня к ней подключили, введение нейровируса стало элементарной задачей. Они все сделали за меня.
— Я тебя не первый день знаю, Кандара, — заговорила Джессика. — Почему тебя это так волнует?
— По одной простой причине. Откуда нам знать, что вы и нас не подчинили?
— Почтительно замечу, что будь это так, ты вряд ли задалась бы этим вопросом.
— Ну да. Разве только для подавления остаточной паранойи.
— В этом случае никакие мои слова тебя не успокоят.
— Ладно. Итак, либо я бессмысленный зомби, действующий по твоему приказу, либо захват «Спасения жизни» все же моя собственная бредовая идея. Вывод один: это надо сделать. И как мы сумеем захватить квинту?
— Ну, для начала… — Джессика, как в густое масло, протолкнула руку в инициатор. И вытащила из него небесно–голубой цилиндрик не больше ее ладони.
Кандара почувствовала, как напряглось Трал.
— И что это за штука? — легко спросила она.
— Подавитель запутанности.
— Впечатляет.
Вы умеете разрывать квантовую запутанность?
— Нет, разрывать не умеем, — ответил Соко. — Устройство только снижает эффективность связи. Таким образом, четверо из квинты не узнают, что происходит с пятым, но при этом будут знать, что он еще жив. Будем надеяться, что они спишут это на боевое ранение тела. Это даст нам время применить нейровирус. Как только Джессика завладеет его сознанием, мы восстановим запутанность, позволив ей захватить оставшиеся сегменты квинты.
