Спасенная репутация

Это заставило его задуматься. Осталась всего неделя или около того до Бильбао. Он нахмурился. Для нее было бы лучше, если б они спали в сарае. Или если бы он спал в сарае, оставив ее с этими драгоценными, высушенными на солнце простынями.

– Ты начинаешь привязываться, да?

Какое-то мгновение она ничего не говорила, только испытующе смотрела на него.

– Нет, я не привязываюсь. – Она произнесла это тихо, спокойно, но что-то в ее голосе встревожило его.

– Уверена. – И на этот раз в ее голосе прозвучала уверенность.

Это должно было успокоить его. Но не успокоило.

Ее лицо было свежеумытым и мерцало в свете свечи. На ней снова та самая ночная рубашка, которую подарила Марта, с кружевом на груди. От Фейт слабо пахло розами. И как только ей это удавалось – пахнуть свежо и сладко, где бы они ни были, он не знал, да и не хотел знать. Единственное, что он хочет, – снять с нее эту рубашку, почувствовать теплую шелковистость кожи и вкусить ее сладости и ее тепла. Он хочет погрузиться в любовь, не думая о Бильбао и о том, что оно принесет, не думая ни о чем, кроме Фейт и восхитительного забвения.

Он выбросил из головы все сомнения и неуверенность и придвинулся ближе, и вдруг картинка на кухне встала перед ним. Фейт с малышкой, двумя малышками на руках.

– А что, если ты забеременеешь?

– Это было бы чудесно. Я бы хотела иметь ребенка. Но я об этом не думаю!

Он был слегка удивлен ее безразличным тоном.

– Не думаешь об этом? Совсем?

– Разумеется, нет. – Она улыбнулась ему. – А почему я должна об этом думать?

На взгляд Николаса, ничего разумеющегося в этом не было.

– Мы ведь живем одним мгновением, помнишь? Не строим никаких планов и не задумываемся о будущем. Разве не этого ты хотел? – От вопросительного взгляда ее широко открытых глаз ему сделалось не по себе.

Да, это то, чего он хотел, но его беспокоило, что она понимает его слишком уж буквально. Она должна быть готова, когда...

О Боже, ему следовало быть более ответственным. Он просто хотел помочь ей: жениться, спасти ее доброе имя и отправить своей дорогой.

Вместо этого она оказалась втянутой в его проблемы. Да, она сама виновата в неподчинении его приказам, но ответственность лежит на нем. Если бы он не оказался таким слабым, таким неспособным оттолкнуть ее резкими словами...

Он ничего не мог с собой поделать. До сих нор он был таким сильным, но Фейт... она подрывала всю его решимость. Маленький кусочек рая, прежде чем...

Она приподнялась, опершись на локоть, и посмотрела на Ника.