Спасенная репутация

– Надеюсь, вы не возражаете против ночевки на песке, под открытым небом, мисс, – сказал Стивенс, выкладывая поленья замысловатым узором.

Фейт печально улыбнулась, но у нее не хватило духу объяснить, что выбора все равно нет.

– Что случилось с мистером Блэклоком?

Стивенс открыл рот, чтобы заговорить, но мистер Мактавиш прервал:

– Помолчи-ка ты, болтун! Если он захочет, чтобы она знала, то сам ей утром расскажет!

– Значит, к утру он поправится?

Большой шотландец смерил ее угрюмым взглядом.

– Вы можете спать здесь, мисс.

Фейт заколебалась. Довольно близко к мистеру Блэклоку.

– Вам лучше лечь поближе к костру. Я вижу, вас искусали комары. Дым разгонит их.

Фейт потрогала рукой лицо, которое было сплошь в комариных укусах после предыдущей ночи.

– Мак будет спать вон там. – Мактавиш раскатывал себе одеяло довольно далеко от костра. – Комары его не беспокоят. И кроме того, он ужасно храпит. Я буду вон там, с другой стороны костра.

– А как же мистер Блэклок? Разве никто не будет присматривать за ним?

– Нет. Вульф будет охранять всех нас; он залает при первых признаках тревоги.

Фейт вспомнила, как огромный пес рычал и лаял, и почувствовала себя спокойнее.

– А теперь давайте-ка спать, мисс. Хороший сон прибавит вам силенок. Мистер Николас тоже скоро заснет. Как только головная боль проходит, он обычно засыпает.

– Спасибо, мистер Стивенс.

– Просто Стивенс, если не возражаете, мисс. Видите ли, я – конюх мистера Николаса.

– Хорошо, если вы настаиваете.

– Спасибо, мисс. Ну, если у вас есть все, что нужно, тогда я на боковую. Спокойной ночи, мисс.

Фейт пожелала новым знакомым спокойной ночи, затем завернулась в одеяло и бросила последний взгляд на Николаса Блэклока.

Он теперь дышал ровнее, наверное, уснул. Его сильный профиль четко вырисовывался на фоне мерцания огня. Во сне он выглядел мягче, не таким суровым и угрюмым.

Беовульф бросил тоскливый взгляд в сторону бородатого хозяина, покрутился на месте, улегся на песок рядом с мистером Блэклоком и с громким вздохом закрыл глаза.

– Хорошая собака, – сказала ему Фейт.

Пес открыл один злой глаз, взглянул на нее и тихо зарычал, обнажив желтые клыки.

– Какой хозяин, такая и собака, – шепотом сказала она ему.

Фейт лежала, наблюдая, как пламя отбрасывает пляшущие тени, и думала о сестрах.

Где они сейчас и что делают? Возможно, беспокоятся.