Спасенная репутация

Мака не было следующие два дня, и с каждым днем Эстреллита выглядела вес более встревоженной. Но всякий раз, когда Фейт пыталась поговорить с ней, цыганка просто пожимала плечами и делала вид, что ей все равно.

– Но почему ты даже не разговариваешь с ним? – вступилась она за Мака.

Эстреллита с изумлением посмотрела на нее.

– Из уважения, конечно. Женщины и мужчины не должны разговаривать между собой, пока не пройдет девять дней. – Она говорила так, будто это очевидно и понятно любому дураку.

– Конечно, – мягко сказала Фейт.

Эстреллита пожала плечами, как будто ей было все равно:

– Я злюсь. Он не проявляет уважения. Если он не может подождать всего лишь каких-то девять дней, значит, не любит меня.

Фейт решила найти Мака и рассказать ему. Она не думала, что сможет уладить разногласия между двумя такими вспыльчивыми людьми, но надеялась, что Мак поймет, что отказ Эстреллиты разговаривать с ним – часть ее траурного ритуала.

Но Мак как сквозь землю провалился.

На утро десятого дня Эстреллита появилась из коттеджа совсем другой. Она вымылась с головы до ног и выглядела свежей, юной и сладко пахнущей. Ее волосы, вымытые и расчесанные, блестящими локонами ложились вокруг лица и стекали по спине. Она была одета в новую черно-красную расклешенную юбку и свежую белую блузку с вышивкой.

– Эстреллита, какая ты красивая! – воскликнула Фейт.

Эстреллита погладила свою новую одежду и сказала почти застенчиво:

– Все до последней нитки должно быть новым.

– Его еще нет, – сказала ей Фейт. – Но я уверена, что он вернется. Он не уедет, не попрощавшись.

Эстреллиту охватило сомнение. Его не было видно со дня их последней ссоры. И даже ночью он не вернулся.

– Мы завтра уезжаем, – сказала ей Фейт. – Ты должна решить, поедешь с нами или нет. Я бы очень хотела, чтобы ты поехала, моя сестра дороги. – Она быстро обняла ее.

Эстреллита нахмурилась и отступила назад.

– Я не хочу твоих денег!

Фейт тронула ее за руку.

– Ш-ш-ш... Я обещала твоей абуэле, что позабочусь о тебе. Я не могу заставить тебя поехать в чужую страну, Эстреллита, хотя и надеюсь, что ты поедешь. Но я буду настаивать, чтобы ты взяла деньги. Одинокая женщина должна быть предусмотрительной, я знаю, нет ничего хуже, чем быть одной и без денег.