Онлайн-библиотека книг
Почти сухой купальник был раздражающим барьером между ними, и Корделии хотелось сорвать его с себя, но отсутствие опыта парализовало ее. Она боялась проявить инициативу и в то же время задавалась вопросом, не отпугнет ли Луку недостаток у нее уверенности в себе и умения вести чувственную игру.
Он был таким… сексуальным. Так невероятно, греховно неотразим.
Не нужно было позволять своему воображению забегать слишком далеко, дабы понять, что в жизни он не был лишен женского обожания, такое просто невозможно при его внешности.
Лука оказался остроумным, веселым собеседником и блестящим слушателем. Его рассказы рисовали перед ее мысленным взором картинки залитых ярким итальянским солнцем акров тщательно возделанных виноградников. Он мог удивительным образом, с вдохновением поэта описать цвет и текстуру зрелого сочного винограда.
Во всех отношениях его жизнь была окном в далекий мир, о котором она могла только мечтать.
И вот он здесь, с ней, и потребность иметь физическую близость с этим мужчиной, в полной мере наслаждаться этим моментом была ошеломляющей.
Корделия осторожно притянула его руку к своей груди и почувствовала, как Лука вздрогнул.
А когда он нерешительно попробовал высвободиться, она не позволила этого сделать, переполняемая чувством безрассудной отваги.
— Корделия, — простонал Лука. — Я уже сказал… это плохая идея.
— Почему? Если я нравлюсь тебе, а ты нравишься мне, почему это плохая идея?
— Миллион причин, — пробормотал он, ощущая ее тяжелую упругую грудь под своей рукой, а затем скользнул пальцем под лямку купальника, чтобы медленно стянуть ее вниз.
Веки Корделии затрепетали, она затаила дыхание и выгнулась, когда купальник был спущен. Она стонала, цепляясь за ковер пальцами. Чувствовала внутреннюю борьбу, но знала, что искушение сильнее голоса разума. Может быть, она и неопытна, но сексуальность ее проснулась. Она хотела его и ничего не могла поделать с собой, с переполняющей ее пьянящей силой.
Все в этом мужчине пробуждало в ней сильные чувственные порывы, и ей это нравилось.
