Спасенная любовь

Джованни Барези, как и весь клан Руссо, в котором Изабелла была одной из четырех дочерей, ожидал, что его сын женится на другой великой итальянской винодельне.

Ожидаемое объявление пока не было сделано, но все понимали, что это время приближается, потому что ни он, ни Изабелла не становились моложе год от года.

Приготовления должны были пройти быстро и гладко. Свадьба десятилетия была бы устроена с изысканным совершенством высокоорганизованной военной кампании.

Его отец недавно говорил об этом браке по расчету, желая, чтобы церемония состоялась еще до его отъезда в продолжительный отпуск.

И все-таки брак по расчету, который устраивал Луку с эмоциональной точки зрения, не говоря уже о финансовой выгоде, был анафемой для такого мужчины, как Джованни Барези. Тот всегда наслаждался взлетами и падениями — этакими эмоциональными американскими горками — в личной жизни. Его великая любовь умерла слишком молодой, но это не помешало ему искать ей замену при каждом удобном случае.

Лука подозревал, что никакой вечной любви на самом деле у его отца никогда не было. И новость о том, что от его сына забеременела малознакомая девушка, потому что он был неосторожен, не сумел контролировать себя, вероятно, заставит заблестеть глаза старика.

Луке придется жестко подавить любые романтические предположения отца.

Затем он будет вынужден сообщить радостную весть Изабелле и, наконец, ее родителям.

Он подумал о Корнуолле и о свободной простой девушке с лицом не знающим косметики.

"Интересно, как она справится с жизнью в Италии? Впрочем, об этом не стоило и думать: она отлично справится просто потому, что получит неограниченные средства, а это всегда прекрасная смазка для болтов и гаек любого дискомфорта. Лука посмотрел на Корделию и удивленно прищурился, потому что она совсем не выглядела так, словно выиграла в лотерею.

— Все, конечно, не так просто, — сообщил он ей. — Мое бракосочетание с Изабеллой было уже давно предрешено. Теперь всех ждет разочарование.

Корделия не смогла выдавить из себя ни слова. В голове у нее гудело.

Она чувствовала себя так, словно ее перенесли в другую, параллельную вселенную.

— Мой отец? — слабо повторила она, цепляясь за единственное из всего им сказанного, в чем уловила хоть какой-то смысл.

— Он был… удивлен? Я не думаю… — у Луки хватило такта покраснеть, — что он мог именно этого от тебя ожидать.

— Отец… он не знает.