Спасенная любовь

Единственная загвоздка заключалась в том, что его отец не сможет приехать."

"Он имел на руках билет первого класса и готов был вылететь с одного из Карибских остров, где оказался после нескольких месяцев путешествий, но шторм высшей категории решил положить конец его планам.

Откровенно говоря, Корделия почувствовала облегчение. Одного отца вполне достаточно. Ее нервы были на пределе, пока она собиралась.

Когда Сильвиана вошла в спальню, такая же милая и услужливая, как всегда, Корделия услышала отдаленные звуки происходящих внизу приготовлений, но, как только дверь в спальне оказалась закрыта, воцарилась тишина, нарушаемая только их негромкими фразами.

Корделия оделась.

Красный цвет платья был прямым вызовом ее натуре — природного сорванца. Ей было удобно только в джинсах, и она колебалась несколько секунд, прежде чем Сильвиана рассмеялась и сообщила ей на ломаном английском, что она выглядит очень эффектно.

— Действительно? — с сомнением спросила Корделия. — Даже притом, что я буду самой высокой среди присутствующих женщиной даже без пятидюймовых каблуков?

Итальянские женщины были темноволосыми, изящными и невероятно красивыми, как она заметила, и вряд ли этот благотворительный вечер заставит ее усомниться в этом.

Одеваясь, Корделия даже не взглянула на себя в зеркало. Сильвиана предложила помочь ей сделать макияж, и Корделия несказанно обрадовалась, потому что сама совершенно этого не умела.

Она села у туалетного столика и позволила помощнице делать свое дело.

Ее мысли текли беспокойным потоком. Ей так много нужно было рассказать отцу. Корделия несколько раз созванивалась с ним, но он не имел привычки вести долгие разговоры по телефону, да и сама она чувствовала, что слишком многого не может сказать ему на расстоянии.

Она не спросила, как у него складываются отношения с Дорис, а сам он об этом не упомянул.

Корделия боялась даже подумать о его реакции на сообщение, что большую часть своего времени она теперь будет проводить в Италии.

Ее мозг закипал от мыслей обо всем этом.

Она была на другой планете, когда Сильвиана вернула ее к реальности.

— Готово, синьорина Корделия.

Из зеркала на нее смотрела женщина, знакомая и в то же время неузнаваемая.