Спаси меня нежно

– Ивар… Я простила тебя, – сказала она, а потом решила все же добавить, пусть и сумбурно: – Я могу сердиться. Могу кричать о феминизме женщин и требовать, чтобы с моим мнением считались. Могу до посинения доказывать «мэрисьюшность». Но… Ивар, буду ли я счастлива? Вот в чем вопрос. А я хочу быть счастливой. Очень хочу. События последних двух месяцев показали, насколько хрупко человеческое счастье, да и человеческая жизнь в целом. Сегодня ты ложишься спать в собственную кровать, а просыпаешься в клетке, где над тобой стоит вонючий ваг и, глумясь, заявляет, что отныне ты собственность некого «заказчика».

И все! И лишь темнота и безнадежность. Потом появляешься ты. Да, наша встреча была… скажем так, «необычной». Но какая уж есть. Ты взял меня, и мы стали парой. И, знаешь, – Агния смущенно улыбнулась, – я этому рада.

Ивар слушал ее, затаив дыхание. Ловил каждое слово. Впитывал в себя.

– Ты не представляешь, как я рад, – негромко ответил он, крепче сжимая ее. – Я готов выслушать все, что ты скажешь. Мы обязательно найдем компромиссы и будем счастливы.

Если только ты не против вернуться на Таис. Вернуться ко мне.

– Ивар, я скучала по тебе. Тосковала, – признание вырывались одно за другим. – Я… И я нуждаюсь в тебе. Не суккуба. Я хочу чувствовать тебя рядом. Хочу видеть тебя. Хочу быть с тобой. Хочу принадлежать тебе. Я. Не она.

– Девочка моя. – Ивара затрясло, и мир вокруг засветился небывало ярким светом, поглотив их обоих.

Аркадий, наигранно злорадно ухмыляясь, опустил Ведьму на шелковые простыни и расставил руки по обе стороны от ее плеч.

– Ты же никогда не пьянеешь, дорогая, – насмешливо заметил он, нависая над девушкой. – Намедни говорила об этом.

Олесия развела ноги, дозволяя мужчине удобно устроиться меж ее бедер. Ее глаза были кристально чистыми, ни намека на алкогольное помутнение.

– Не пьянею. Правильно, – промурлыкала она и потянулась к ремню на брюках Воина. – Солгала я. Устроила небольшое представление. Надоело смотреть, как Ивар изводится сам и изводит всех вас.

Также надоело смотреть на мытарства Агнии. Самостоятельности она, мать вашу, захотела. Нет уж, деточка, поезд ушел. Теперь она на веки вечные связана с нашим Инейфаном.

Аркадий отметил ее поправку на слово «нашим» и внутри себя довольно кивнул. Он подмечал каждое изменение Олесии и давно не воспринимал ее как недруга, проникшего к ним в стан.

– С Иваром понятно – он у всех на виду. А как ты наблюдала за Агнией? Ты же не покидала Таис.

Олесия довольно хмыкнула.