Спаси нашего сына

Ну почему я визитку его не взяла с собой? Сейчас бы она мне так пригодилась…

Делать нечего, я иду ко входу, где сидит новый охранник. Только он, как и вчерашний, не пускает меня, а секретарь Егора, которой я звоню по внутреннему телефону, упорно отвечает:

— Его нет на месте.

Что ж, значит, мне снова придется прождать его здесь, как преданному псу. Хорошо хоть, что сегодня дождя нет.

Я выхожу из стеклянных дверей, спускаюсь по ступеням и иду к лавочке, что приглядела вчера.

До нее остается всего метров пять, когда меня окликает женский голос.

— Эй! Подожди, — я оборачиваюсь и вижу, что ко мне спешит черноволосая красотка. Та самая, которая была вчера в машине Егора. Красивая, с гладко уложенными волосами, с изящно подведенными глазами, по лестнице она не спускается — летит почти, и это на высоких шпильках. Когда она подходит ближе, я вижу ее тщательный макияж, дорогую одежду, украшения стильные — кольца на пальцах, цепочки. Я так красиво одеваться никогда не умела и не знаю, научусь ли? И сейчас, в своей беременной одежде снова чувствую себя рядом с ней дурнушкой.

— Здравствуйте, — говорю тихо и сцепляю руки под животом, словно саму себя поддерживая.

— Как тебя зовут, беременная? — вроде бы и не говорит она никаких плохих слов, а есть что-то в интонациях обидное, точно обзывается.

— Ева, — отвечаю я. Ее имя не спрашиваю, не интересно мне совсем. Я сюда не знакомиться с ней пришла, да и что она может хорошего мне сказать? Я ведь своим появлением наверняка помешала их счастливой паре.

Только вот не выглядел рядом с ней Егор особо счастливым, проносится в голове, но я себя за эти мыслью устыжаю.

— Ты чего пришла, Ева?

— С Егором поговорить."

"Она смотрит на меня, щурится. Достает из кармана пачку сигарет, тонких, зажигалкой щелкает. А потом, затянувшись, дым в мою сторону выпускает. Я морщусь, от запаха табака мутит, но молчу.

— С Егором, значит. И о чем же?

Очень хочется ответить, что это вовсе не ее дело, но провоцировать конфликт я не буду. Поэтому молчу, смотрю только на нее, и чем дольше я молчу, тем больше черноволосая красотка злится.

— В молчанку, значит, решила поиграть. Ну ладно, тогда я тебе отвечу, — она снова выдувает в меня дым, — ничего у тебя не выйдет, понятно? Ему твой ребенок даром не сдался, у нас с ним отношения. И если ты думала, что завидев твое беременное пузо и несчастное лицо, он бросит все и побежит за тобой, то ты, девочка, глубоко ошибаешься. Ни хрена он твоим не будет, ясно? Мой он.