Спаси нашего сына

Машина, стоявшая на солнце, прогрелась до невозможной духоты, Егор открывает окна, включая кондиционер на полную мощность.

— Тебе нужно куда-то ехать? — спрашиваю тихо. Егор задумался о чем-то, взгляд направлен внутрь себя, и мне приходится задать вопрос во второй раз.

— На работу я уже безбожно опоздал, — усмехается он, — есть плюс в том, что я собственник. Можно прогуливать и за это тебя не лишат зарплаты.

Я улыбаюсь слабо, серая темнота здания за спиной не дает до конца расслабиться, я все еще ощущаю этот холод.

— Садись, машина остыла.

Мы выезжаем за шлагбаум, и только когда несколько километров разделяют нас с этим зданием, я позволяю себе до конца расслабиться, хотя это ох как не легко. Напряжение, словно давящая пружина, сидит внутри.

— Мы едем не домой? — когда мы проезжаем поворот к дому Егора, интересуюсь я. Своими планами он так и не поделился, приходится спрашивать самой.

— Заедем в одно местечко, потом я тебя отвезу."

"Этим местом оказывается торговая галерея. Длинные ряды витрин, в которых выставлены наряженные манекены, и цены здесь совсем не позволительные.

— Идем, купим тебе что-нибудь из вещей, — зовет, но я не шевелюсь, смотрю тупо перед собой. На мне обувь за триста рублей, одежда, в которой не ходят по таким местам, и главное, нет денег с собой. Все, что мне дала Алена, хватит лишь на одну маечку на распродаже, если в таких бутиках они вообще бывают.

— Я… я не взяла денег, — голос срывается. Еще чуть-чуть и я снова начну плакать, и на этот процесс никак не влияет мое собственное желание не реветь.

Держаться нету больше сил.

— Ева, — с какой-то особой интонацией говорит Егор. Поворачивается ко мне всем телом, нажимает на крепление ремня безопасности, отстегивая и меня, — я разве сказал, что банкет за твой счет? Тебе нужны вещи и мы приехали сюда их тебе купить. Я позвал — я плачу.

— Тебе это зачем? — я прикусываю губу, глядя на него.

Я вижу как нервно дергается кадык в вырезе его рубашки. Ну вот и сказаны те слова, которые терзали меня сильнее всего.

— Я думал, тебе и так уже все ясно, Ева. И мне ясно. Без тестов.

— Тогда… зачем все это было? — непонимающе качаю головой, голос звучит жалобно. Его глаза темные совершенно, зрачки и радужка почти одного цвета.