Спаси себя

Снова находиться там казалось мне напрасной тратой времени. В конце концов, я уже сейчас знала, что учиться дальше не буду, даже если и смогу сдать все выпускные экзамены. Тогда зачем все это?

После того как Перси остановился у входа в Макстон-холл, он опустил перегородку и повернулся к нам:

Я молча кивнула и попыталась улыбнуться. Я уже сомневалась, выгляжу ли я по-прежнему или уже изменилась. Еще до того, как все произойдет.

– Если что-то будет надо, – сказал он низким, спокойным голосом, – я явлюсь по первому звонку.

Его слова звучали так, будто он их заучил наизусть.

Я уже давно подозревала, что Перси не так легко пережил смерть мамы, как это хотел показать. Как бы то ни было, он знал ее больше двадцати лет. Перси редко шутит, а иногда, когда он думает, что его никто не видит, на него больно смотреть, такой печальный и потерянный у него вид.

– Все ясно, – сказала я и отдала честь, поднеся ко лбу два пальца.

И Перси наградил меня вымученной улыбкой, прежде чем повернулся к Джеймсу:

– Присматривайте за сестрой, мистер Бофорт.

Джеймс заморгал и оглянулся вокруг. Его лицо моментально окаменело, когда до него дошло, что мы уже стоим перед школой. Без лишних слов он взял сумку и открыл дверцу. Я виновато оглянулась на Перси перед тем, как последовать за Джеймсом. Он пересек уже половину парковки, когда я догнала его. На лестнице перед главным входом ждали Сирил, Алистер, Кеш и Рен.

– Бофорт! – Рен показал ему кулак и широко улыбнулся. – Наконец-то ты снова с нами.

Джеймс слабо улыбнулся и ударил ладонью по кулаку Рена.

– Без тебя как без рук, – сказал Кеш, обхватывая ладонями лицо Джеймса. И влепил ему дружескую оплеуху.

Сирил тем временем подошел ко мне и обнял.

– Лидия, – пробормотал он.

Я тяжело сглотнула. Запах его был таким родным, что я так бы и простояла с ним до конца уроков. Но поскольку такой возможности не было, я осторожно отстранилась от него.

– Доброе утро, – устало произнесла я.

Холодно-голубой взгляд Сирила вопросительно скользнул по моему лицу. Потом он обнял меня за плечи, и мы вместе с остальными поднялись по ступеням и вошли в тяжелые двойные двери Макстон-холла.

Наши друзья взяли нас в защитное кольцо – видимо, чтобы оградить от лишних вопросов остальных учеников, но это было лишнее. Никто с нами не заговорил. Джеймс оглянулся на меня, и мы оба среагировали одинаково.