Спаси себя

 – Кто-нибудь из вас продвинулся в этом?

Мне достаточно было увидеть унылые лица моих товарищей по команде, чтобы знать, какие будут ответы.

– Мои письма проигнорировали все, кому я писал, а по телефону либо обнадеживали меня на будущий год, либо просили оставить их в покое, – сказал Киран. – Ни у кого нет желания выставлять напоказ историю своих страданий. Тем более в Макстон-холле.

Остальные согласно закивали.

– Может быть, нам немного расширить радиус поиска? – предложила Джессалин. – И войти в контакт с людьми, которые посещали не этот семейный центр, а какой-нибудь другой.

– Хорошая мысль, – согласилась я. – Мы могли бы поспрашивать в университетах, нет ли кого-то изучающего эту область, готового поговорить. – Моя улыбка выглядела увереннее, чем я себя чувствовала. – Думаю, мы справимся. К тому же есть немного времени.

Послышалось одобрительное бормотание.

– Поскольку ты теперь снова у нас в команде, возьми на себя дела с оформительской студией и согласуй все с нашим завхозом Джоном, – вдруг сказала Лин, обращаясь к Джеймсу.

 – Он всегда рад, если ему кто-то помогает подготовить Бойд-холл.

Я отважилась взглянуть в сторону Джеймса.

Он растерянно моргал, но потом без выражения ответил:

Мне стоило больших усилий подавить пробивающуюся улыбку. Убирать зал и готовить его к вечеру – за это задание никто не брался добровольно. То, что Лин просто делегировала его Джеймсу, было смешно. И это лишний раз показало, какая она волшебница.

Остаток заседания прошел по плану, тем не менее я была рада, когда истекли эти полтора часа.

Мы с Лин распределяли между собой дела, остальные при этом прощались с нами и покидали зал – все, кроме Джеймса и Камиллы, которые, казалось, нарочно медленно собирали вещи. Я старалась не обращать на них внимания, но не получалось. Я слышала каждое слово соболезнований, которые бормотала ему Камилла. Желудок судорожно сжался, и тут я опомнилась. Я больше не хотела испытывать боль ни из-за Джеймса, ни за Джеймса. Собственно, я вообще больше ничего не хотела чувствовать, когда речь шла о Джеймсе Бофорте.

– Я ухожу, – сказала я Лин.

Она кивнула и сделала жест рукой: мол, исчезай. Я закинула на плечо рюкзак и направилась к двери. Как раз в тот момент, когда я хотела взяться за ручку двери, чья-то рука опередила меня, и моя ладонь оказалась сверху. Я взглянула в лицо Джеймса. Нас разделяли несколько сантиметров. Я вдыхала знакомый запах, пряный и чуточку мускусный, и ощущала тепло, которое исходило от него.

– Руби… – прошептал он.