Спаси себя

Официанты снуют между столиками с подносами, на которых стоят бокалы с шампанским и стаканы с апельсиновым соком, а за черным роялем на сцене сидит пианист во фраке и играет классическую музыку, наполняющую зал.

– Поверить не могу, что все это организовала ты, – шепнула я, слегка подталкивая Руби локтем в бок.

– Не я, а целая команда, – машинально ответила она. Сощурив глаза, она оглядела круглые столы в середине зала, за которыми уже сидели гости, потом длинные столы с левой стороны, где предположительно будет позднее организован буфет.

Мне хорошо знаком этот ее цепкий взгляд – Руби контролирует, все ли так, как она себе это представляла.

– Руби! – раздался голос, определенно не знакомый.

Я повернула голову и увидела бледного юношу с растрепанными темными волосами и красивыми глазами цвета оникса, обрамленными густыми ресницами. У него четко очерченный подбородок и высокие скулы, которые как-то не сочетаются с мальчишеской улыбкой и сияющими глазами.

– Киран, привет, – откликнулась Руби, и на ее лице появилась улыбка, которой я еще ни разу не видела.

Такая вежливая, профессиональная, но вместе с тем сдержанная. Это в любом случае не улыбка моей сестры.

– Кейтеринг уже прибыл десять минут назад, они все готовят в подсобной комнате, – сказал Киран, прежде чем перевести взгляд. – Привет. Меня зовут Киран. А ты наверняка Эмбер. – Он протянул руку, и я автоматически пожала ее, растерянно оглядываясь на Руби. Вообще-то, я полагала, что в этой школе никто не знает обо мне или о нашей семье, в конце концов, дома Руби всегда делала из Макстон-холла великую тайну.

Я думала, что это разделение между личным и школьным действует в обе стороны. То, что этот парень знает мое имя, немного сбило меня с толку.

– Рада познакомиться, Киран, – сказала я.

Когда Киран отпустил мою руку, то опять принялся улыбаться Руби, и ее щеки заметно налились румянцем.

У Руби явно есть поклонник. Меня не удивляет, что она никогда об этом не рассказывала. Руби вообще почти никогда не говорит о своих чувствах.

Я иногда удивляюсь, как ей удается быть такой сдержанной и не взорваться. Я никогда не могу сдержать чувства – ни хорошие, ни плохие. Если мне что-то не нравится, я говорю об этом во всеуслышание. Если я счастлива, то автоматически выражаю это всем своим видом. Руби куда менее импульсивна и контролирует проявление эмоций.

Я так погрузилась в мысли, что не заметила, как Руби с Кираном направились в сторону сцены.