Он в своё время много с людьми общался, да и вообще — представляешь, какой у него опыт?
— Ещё бы! — собственно, мне даже жизненный опыт Вэйланда казался запредельным, учитывая, что ему хорошо за сотню. Но Реарден — это было что-то невероятное. И, конечно же, старый король был очень мудрым, я в этом не сомневалась ни мгновения. — Только я бы предпочла другую формулировку — дети драконов развиваются быстрее человеческих. Лучше звучит, правда? Не так… унижающе.
— Я не хотел никого обидеть, извини, — чуть крепче прижал меня к себе и… да-да, чмокнул в макушку.
Извиняюще чмокнул, но всё равно! Почти настоящий поцелуй! — Просто повторил слова деда, сказанные когда-то. Для меня в сообразительности Россины нет ничего необычного, я ещё помню сестру в этом возрасте, да и племянников тоже.
— Интересно, когда можно будет начать учить её грамоте? Меня вот с шести лет начали, но если дракончики развиваются быстрее — может, пора? Она не говорить, но сможет написать. А то вдруг ей что-то будет нужно, а объяснить не сможет.
— Можно, конечно, попробовать, — в голосе Вэйланда прозвучало сомнение. — Но даже если начать прямо сейчас, пройдёт слишком много времени, прежде чем малышка сможет писать так, чтобы её поняли. Даже для нас три года — это рано для обучения. К тому же, нужно будет учить Россину управлять своим драконом, контролировать его, не допускать спонтанных обращений. Да и просто влиться в нормальную жизнь ей будет не так-то легко. Её выдернули из привычной среды, чтобы поместить пусть в гораздо лучшие, но всё же чужие условия.
Для неё столько всего нового будет происходить. Не думаю, что стоит её ещё и грамотой нагружать.
— Ты прав, — вздохнула. Идея с письменностью была неплоха, но на девочку и правда столько всего навалится. И без грамоты справиться бы. — Значит, будем надеяться, что сможем понимать её знаки.
— Я всё ещё надеюсь, что она заговорит. Ты заметила, что сегодня она смеялась вслух?
— Конечно! И не только это. Сегодня она сказала мне «Тссс», чтобы я не шумела и тебя не будила.
Два раза сказала! Это ещё не слово, но ведь почти, правда?
— Правда. Она заговорит, я уверен. Как только окончательно расслабится и почувствует себя в полной безопасности — заговорит.
— И драконы ей в этом помогут! Как помогли перестать бояться мужчин.
— Здесь немного сложнее, — теперь вздохнул уже Вэйланд. — Мужчины — нечто видимое, материальное. То, от чего могут защитить драконы. А вот страх, который мешает ей говорить — нематериален. Неосязаем.
