Да-да, я тебя очень хорошо понимаю, у самой уже зад от кочек ноет, а лес за окном в снах преследует.
— А знаешь, что дракон может не только сам лететь, но и кого- нибудь нести? — Кивок. Ах, да, я же рассказывала, как меня Вэйланд катал. — А хочешь, он поднимет тебя высоко-высоко, и ты посмотришь на всё это, — обвела рукой всё, что видела, — сверху.
Маленькие ручки крепче сжали мою шею. Так, нужно срочно исправляться.
— То есть, конечно же, он поднимет нас обеих. И твоего дракончика — тоже.
Хочешь? — А вот теперь — неуверенное, но всё же согласие. Закрепим успех. — Я думаю, сначала нужно их познакомить, правда?"
"Со мной снова согласились. И мы, взяв игрушку из кареты, знакомили тряпичного дракона с настоящим. Показывали ему, какие у дракона чешуйки — Вэйланд, по моей просьбе, положил на землю лапу, ладонью вверх, и мы её ощупали, — пальцы, крылья. Игрушке понравилось, и на моё предложение покататься на лапе дракона, тряпичный дракончик кивнула. Поскольку именно Россина держала игрушку, то явно ответила за двоих.
Мы втроём уселись на ладонь дракона, огромные пальцы обхватили нас, не касаясь, но и упасть мы уже не смогли бы, и лапа начала медленно и плавно подниматься над землёй. Сначала Россина прижималась ко мне, но любопытство победило, и она стала наблюдать за уходящей вниз дорогой и за тем, как кареты и лошади становятся всё меньше и меньше.
Наконец, лапа замерла на уровне морды дракона, который всё это время рта не раскрывал, но умудрялся при этом улыбаться.
Зубов не показывал. Оказывается, драконы и это могут, а вот мне в своё время во все свои зубы улыбались, с непривычки — жуткое зрелище.
Мы рассмотрели глаза, рога и гребень дракона, погладили его нос, а потом Россина начала делать рукой жест, которым она обычно просила Вэйланда поднять её над головой. Дракон выполнил просьбу, потом покачал ладонь из стороны в сторону, вверх-вниз, а потом покружил нас над своей головой. Даже я пришла в восторг, а малышка залилась громким радостным смехом.
Мы с Вэйландом переглянулись, отмечая этот момент, но, конечно же, ничего не сказали.
И тут девочка замахала руками и стала показывать в небо. Кажется, она только что осознала, что у неё нет абсолютно никакого страха высоты. То есть, вряд ли она смогла это для себя сформулировать, но, видимо, что-то внутри неё всегда стремилось ввысь, и она это почувствовала. И хотела вверх, ещё выше.
