Называется — слетали на пикник.
— Бастиан всё равно выслеживал бы меня, не сегодня подкараулил бы, так завтра или через два дня. Он просто зациклился на том, чтобы меня убить. Почему-то считал, что все его беды от меня.
— Совсем с ума сошёл, — вздохнул Вэйланд.
— Интересно, как он умудрился снять ошейник? — задумался Реарден. — Сам не мог, того хранителя, который ему помог в прошлый раз, нашли, отстранили от работы и выслали в прибрежную деревню. Эльфы подобной магией не владеют. А больше у него и друзей-то не было, насколько я знаю.
Хотя… после всего произошедшего — а знал ли я вообще своего внука?
— Это его мама сделала. Он сам сказал. Поверила в его раскаяние, он сказал, что только заслон от вони поставит, и всё.
— Да, матери — они такие, — вздохнул старый король. — Наверное, ещё и переживала за него, вдруг поранится — а исцелиться не сможет. А теперь ей с этим жить.
И снова мы летели молча, думая каждый о своём. Я вспомнила ещё одно сегодняшнее происшествие, которое как-то потерялось на фоне всего остального.
Я сумела поставить защиту! Как? Вот как? Я же ничего не сделала, никаких силовых потоков и внутренних источников не задействовала, как мне объясняли в своё время драконы, а я вообще ничего не поняла. И неизвестно, смогу ли повторить это всё по желанию, как с огнём."
"Ладно, может быть, когда всё успокоится — попробую снова. Не в такой ситуации, конечно, но не обязательно же огнём в меня дышать. Можно водой облить или песком осыпать. Или ещё что- нибудь. Как-то же драконы тренируются, должны знать.
Потом спрошу.
Посмотрела на Россину. Бедняжка! Столько пережила. И самое ужасное — увидела, что драконы бывают не только добрыми защитниками. Но от Вэйланда не шарахнулась, потянулась к нему. Наверное, пока не проснётся, не узнаем, как на ней вся эта история отразилась. Эх, скорее бы тот лекарь душ освободился, вдруг он теперь ещё нужнее будет?
Нас встречала расстроенная королева и кучка слуг. Судя по всему, все уже знали или догадывались, что произошло — ведь даже отсюда можно было легко разглядеть сражающихся драконов.
Вэйланд уложил дочь на вынесенные из дома матрасы, поскольку занести её внутрь, а тем более — уложить в кроватку не было никакой возможности, пока она — дракончик. Ей ещё предстояло научиться превращаться обратно, но будить ребёнка ни у кого рука не поднялась.
Реарден, обратившись, прижал к себе жену, а я помчалась в свою комнату, превращаться из дракончика в девушку и одеваться. И рот прополоскать.
