И ещё… Посмотрела на рану, подумала, решила, что хуже не будет, и осторожно перерезала нитки на швах возле того места, где края раны разошлись. Гной стал выходить сильнее, я осторожно стирала его чистой тряпочкой, пока не перестал. Внутри, наверное, ещё остался, но я просто не знала, как его достать, пусть сам вытекает.
Ещё какое-то время я обтирала торс Вэйланда, стараясь сбить жар. Вот уж не думала, что моя мечта о его купании так быстро осуществится. Только лучше бы она вообще не сбылась, чем так.
Спустя почти час жар немного спал.
Уж не знаю, снадобье помогло или обтирания, но я обрадовалась хотя бы этому. Посидела над ним, подумала. Потом перевязала рану, завернула Вэйланда в его плащ, собрала вещи, залила костёр, привязала к ремню верёвку с лошадьми, изменила свою голову и, взяв раненого на руки, решительно зашагала в сторону Хрустальных гор, чьи вершины были уже хорошо видны поверх деревьев.
Со стороны я, наверное, выглядела жутко — орк с кошачьей головой на плечах. Но что поделать — мне нужны были и ночное зрение кошки, и сила орка, одновременно, пришлось создать такую вот химеру.
А в лесу, да ещё и ночью, меня всё равно никто не увидит.
Лишь иногда я делала короткие остановки, чтобы попить, сжевать пару сухарей и попытаться влить в Вэйланда хоть немного снадобья или воды, и с каждым разом это получалось всё хуже. На последней остановке мне так и не удалось растормошить его настолько, чтобы заставить пить, и я вновь по капле вливала ему в рот спасительную жидкость, чтобы не дать жару подняться ещё выше.
А потом шла дальше.
Я прошагала всю ночь и часть утра — спасибо неутомимому телу орка, — когда лес, наконец, закончился. Передо мной возвышались горы, казавшиеся неприступными, их вершины были покрыты снегом и льдом и сияли в лучах восходящего солнца, словно и правда, были сделаны из хрусталя. Река, всё это время поившая нас и лошадей, исчезала в горах, срываясь с высоты водопадом. Гряда гор уходила в обе стороны, насколько хватало взгляда, и нигде не видно было ничего, похожего на перевал.
Что делать дальше, я не знала. Растормошить Вэйланда, чтобы спросить, куда двигаться дальше, я так и не сумела. Всё, что смогла — снова обтереть дракона холодной водой и проверить рану. Стало только хуже. Гноя стало больше, сама рана припухла сильнее, вокруг неё кожа покраснела, и выглядело всё это плохо, очень плохо.
Нужно искать перевал. Я читала, что орки могут идти трое суток без сна, значит, смогу и я.
