Спасти 6-го

Твой отец алкаш, любитель почесать кулаки по пьяной лавочке. — Я тронула его за плечо. — Твоя спина, все эти шрамы..."

"— Уходи, Моллой. — Тяжело дыша, Джоуи попятился. — Уноси ноги, пока не поздно. — Он затравленно покосился на дверь и рванул по подъездной дорожке. — Уходи, Моллой, немедленно, — добавил он, поравнявшись с садовой изгородью. — Уходи. Пожалуйста.

— Я с места не сдвинусь, пока мы не поговорим. — Твердо решив не уступать ни на пядь, я придвинулась к нему.

Дождь лил как из ведра, но уходить я не собиралась.

Особенно сейчас, когда открылась истина.

Теперь ему от меня не отделаться.

Моя семья по всем меркам считалась благополучной. Дома у нас царили относительный мир и покой. Да, отец время от времени бегал налево, из-за чего у них с мамой случались ссоры, но он в жизни бы не поднял руку ни на нее, ни на меня, ни на Кевина.

В финансовом плане мы не шиковали и, как и большинство семей, сидели на пособии, однако нужды мы не знали ни в чем, и уж особенно в любви. Она присутствовала по умолчанию, и ее источник никогда не иссякал.

А главное, родители никогда нас не били, не морили голодом, мы не просыпались посреди ночи от звона осколков стекла или от звука ударов.

Мы не боялись высказывать свое мнение: говорили, что думаем, без страха получить в зубы, как в случае с матерью Джоуи, его сестрой и братьями.

— Все в порядке, Джоуи. — Не оставляя попыток достучаться до него, я откинула мокрые пряди с его лба. — Теперь я понимаю.

Видит бог, так и было.

Внезапно его агрессия и перепады настроения предстали в истинном свете.

Наркотики.

Постоянные драки.

Ярость, с какой он набросился на Пола и Кевина, когда решил, что мне грозит опасность.

С глаз словно спала пелена.

Джоуи не был жестоким по натуре.

Его жестокость произрастала из-за отсутствия родительской любви и ласки.

— Я понимаю, каково тебе. И я полностью на твоей стороне.

— Ни хрена ты не понимаешь! — Джоуи снова отпрянул, стоило мне коснуться наливающегося синяка у него на щеке. — Не трогай меня.

— Почему? — Я упорно сокращала дистанцию между нами, пока не притиснула Джоуи к каменной ограде. Потом потянулась и провела пальцем по кровоточащей брови. — Боишься, что тебе будет больно?

— Нет. — Дрожа с головы до ног, он изо всех сил пытался отстраниться. — Боюсь, что будет больно тебе.

Неожиданное признание потрясло нас обоих.

— Больно мне? — повторила я, стараясь переварить услышанное. — Джоуи Линч, ты всегда заботился обо мне, поэтому не говори ерунды.