Спасти 6-го

— Райс — козел, а у них язык как помело. Совет на будущее, Моллой: не связывайся с козлами, если не хочешь, чтобы все узнали о твоих подвигах.

— Ты не из таких.

— Каких?

— Не из болтливых.

— Потому что я не козел, а придурок, забыла?

Обогнув Моллой, я направился через дорогу к ее дому, даже не убедившись, идет ли она за мной. Стук каблучков по асфальту говорил сам за себя.

— Ладно, раз уж тебя пробило на откровенность, скажи: почему я больше тебе не нравлюсь?

— У парней такое не спрашивают. Стремно.

— А у придурков? Заметь, твои слова, не мои.

— Все равно стремно.

— Ну скажи.

— Нет.

— Почему?

— Потому что.

— Это не ответ. Ну же, Джоуи, не вредничай.

Разговор начинал действовать мне на нервы, и я сердито выпалил:

— Мы с тобой не ровня.

— И что, нам даже поболтать нельзя?

— Нам вообще ничего нельзя.

— Намекаешь, ты у нас красавчик, а я так, грязь под ногтями? — Моллой подбоченилась. — Со мной типа стыдно рядом стоять?

Как раз наоборот.

— Ты спросила, я ответил. Дальше думай как хочешь.

— Ты меня не убедил.

— Твои проблемы, — буркнул я как болван, придерживая для нее калитку. — Все, я доставил тебя домой в целости и сохранности. Можешь приниматься за уроки. Всегда пожалуйста.

Но она застыла под фонарем, буравя меня свирепым взглядом.

— Это все из-за отца, да? — напирала она с развевающимися на ветру волосами. — Его работа? Почему ты меня избегаешь? Он запретил?

— Тебе пора, Моллой.

— Не указывай мне, Джоуи.

— Ладно.

— А по-моему, тебе совсем не плевать! — принеслось мне вслед. — По-моему, ты в меня втюрился, поэтому и ведешь себя как полный кретин. Поэтому науськал отца против Пола. Ну признай: ты в меня втюрился.

Конечно втюрился!

Она первая, кого я увидел, войдя во двор Баллилагинской муниципальной школы, и единственная, чье лицо неустанно высматривал в толпе."

"— Наша Ифа славная девочка, — вещал Тони, настороженно косясь на меня своими черными глазами.

Тревога, поселившаяся в нем с того дня, когда я, заявившись в гараж, сообщил, что мы с его дочерью теперь учимся в одном классе, постепенно росла.

— Немного взбалмошная, конечно, но сейчас вся молодежь такая. Ифа любит выпендриться, не без этого, но в глубине души она славная девочка. И невинная...

— Намек понят, — перебил я его.

Не хватало еще влипнуть в историю и лишиться работы.