Онлайн-библиотека книг
Это ненормально, поверь. Не знаю, какую дичь скормили тебе родители, но в других семьях ничего подобного не происходит. Вот я и спрашиваю: с какого фига оно устаканится?
— Устаканится, и все! — гаркнул я, стремительно отгораживаясь от нее защитными барьерами. — Хватит!
— Хватит нести бред! — выкрикнула Моллой, делая шаг обратно к участку. — Твой отец терроризирует всю семью, а тебя тупо превратили в козла отпущения. Мать не колеблясь пожертвовала тобой, бросила на съедение волкам ради того, чтобы спасти шкуру своего мужа, который лупит вас всех смертным боем.
С каждой репликой Моллой все глубже вонзала мне нож в спину.
— Ифа! — Я грозно выставил ладонь. — Только заикнись копам, и, Богом клянусь, между нами все будет кончено.
У нее отвисла челюсть.
— Я пытаюсь тебя защитить!
— Ты обещала этого не делать. — Именно поэтому я и доверился ей. — Ты, блин, обещала!
— Предлагаешь сидеть сложа руки? — выдавила она. — Молча наблюдать, как над тобой издеваются? Извини, не могу. Я слишком тебя люблю.
— Тогда не люби! — взорвался я. — Если для тебя любить равносильно предать мое доверие, лучше не утруждайся! Разлюби и забей. Я сам разберусь со своими проблемами.
— Джоуи!
— Кто меня только за язык тянул! — Меня трясло, в горле застрял ком.
— Джоуи, постой!
— Нет, нет и еще раз нет! — Я помотал головой и зашагал прочь, стараясь убраться подальше от нее, пока не сказал чего-то непоправимого. — Серьезно, Моллой, — бросил я, не оборачиваясь. — Одно слово копам, и между нами все будет кончено.
Отстранение и бойкот
17 декабря 2004 года
Ифа
Мы с Джоуи разругались вдрызг.
После нашей стычки возле полицейского участка в минувшие выходные мне был фактически объявлен бойкот.
В школе Джоуи не видел меня в упор, причем даже на уроках, где мы сидели вместе.
Разумеется, я не собиралась делать первый шаг, только провоцировала его до посинения в надежде на реакцию.
Увы, надежды не оправдались.
Джоуи не отреагировал, когда я плюхнулась ему на колени за ланчем.
Когда ткнула его карандашом на английском.
Когда сверкнула грудью на физре.
Ноль эмоций.
Очевидно, моя угроза рассказать все копам ударила неслабым бумерангом по мне же.
