Онлайн-библиотека книг
Как оправдать свою зависимость перед тем, кто никогда с ней не сталкивался?
Как донести, что бóльшую часть жизни я стремился укрыться от внешнего мира и моим единственным спасением стали расслабляющий косячок, отшибающая разум дорожка кокса, дарующие блаженное забвение «колеса» бензо и совершенно убойные спиды? Как объяснить срывающий башню эффект от героина?
Моллой не знала, каково это — просыпаться по утрам с единственным желанием — повеситься.
Не знала, каково это — быть беспомощным, полуголодным ребенком, который жаждет свалить из дома, где он на фиг никому не нужен.
Не знала, каково это, когда в своей беспомощности ты вдруг находишь верное средство, способное притупить боль и хоть немного скрасить твое паршивое существование.
Она не представляла, как быстро все меняется, как резко спасение перерастает в зависимость.
Ей не понять всепоглощающей ненависти к себе, которая возникает от осознания, что пагубная привычка, за счет которой ты выживаешь каждый день, постепенно превращается в то, без чего ты не можешь прожить ни единого дня.
Ей никогда не понять, каково это, когда твоя единственная отдушина, благодаря которой ты себя контролируешь, начинает контролировать тебя и не вызывает ничего, кроме презрения.
Разумеется, вслух я ничего не сказал.
Язык не повернулся.
Слишком херовое получалось оправдание.
Поэтому я ограничился банальным:
— Не знаю. Сам не знаю, Моллой.
Она шмыгнула носом и, не сводя с меня глаз, шепнула:
— Херовое оправдание.
Удивила.
— Какое есть. — Я обхватил ее лицо ладонями и прижался лбом к ее лбу. — Прости.
Она вздрогнула, зажмурилась и приникла ко мне:
— Мне не нужен никто, кроме тебя.
— Аналогично, — сипло откликнулся я и, собрав волю в кулак, добавил: — Но я не хочу причинять тебе боль, а значит, мне нужно держаться от тебя подальше, и ты не должна мне препятствовать.
— Нет. — Обливаясь слезами, Моллой покачала головой и еще крепче обняла меня за талию. — Не могу.
— Придется, — прохрипел я, каждой клеточкой ощущая ее боль, потому что сам разделял ее.
— Но ведь ты сейчас в адеквате, — всхлипнула Моллой, прижимаясь ко мне. — Ты не пошел тусоваться, остался дома. Ты здесь, Джо! Абсолютно трезвый, не обдолбанный.
— Мы оба понимаем, что до адеквата мне еще далеко, малыш.
— Но...
— Послушай меня.
— А смысл? Все равно главного от тебя не добьешься.
